0
0Помимо всего прочего в это ж еще наши близкие втянуты. Вчера я Марату звонил, наврал с три короба, выясняя не у них ли она осталась. Но если уж Лала решила отдельно жить, правда всплывет наружу. И все узнают, что она хочет развестись. Не то чтобы меня волновала огласка, просто так наше расставание станет как будто вполне реальным.
«Я люблю тебя. Напишу, когда что-то узнаю».
Лала не отвечает, но так даже лучше. Молчание – какой-никакой шанс. Не то, что ее заявление о скором разводе.
Принимаю душ и ставлю на ноги СБ. В основном, конечно, моя служба безопасности представлена обычными вышибалами, но руководит ею вполне толковый мужик. Шум спецом не поднимаем. По-тихому народ расспрашиваем.
– Назар, слушай, хуйня какая-то происходит. Записи с камер стерты. Прикинь. Выходит, и впрямь крыса среди наших, – хмурится Вожаев.
– А я тебе о чем говорю? – откидываюсь в кресле.
– Ты как знал, что такая херня может произойти, когда на дублирующем сервере настоял.
Ну, допустим, у меня были другие резоны. Когда в заведении случается какая-то заварушка, менты первым делом изымают записи с камер. Имея копии, о которых никто не знает, мы страхуемся на случай, если кому-то придет в голову подставить наш персонал.
– Ага. Чуйка. Вы там, Борь, давайте, побыстрей расчехляйтесь. И, кажется, Павел был на мою днюху на баре старшим?
– Да…
– Позовешь ко мне? Хочу с ним перетереть.
– На тему?
– На тему, что за паль мы пили. Я ни хера не помню. Сомневаюсь, что после двух стаканов Macallan у меня отшибало бы память.
Конечно, мне довольно сложно представить, как один из лучших моих барменов подменяет бутылки с качественным алкоголем на разлитый у кого-то в подвале, но поговорить не мешает.
– Может, тебе что-то подмешали, а?
Киваю. Потому что тоже не исключаю такой возможности. В своем заведении я не привык перестраховываться, потому что сам установил жесткий запрет на дурь. Этим могли воспользоваться. Собственно, такой вариант развития событий мне кажется наиболее правдоподобным. Даже пьяный, я бы поехал домой к своей ляльке.
Борис идет к двери и едва не сталкивается на пороге с Олей.
– Привет.
– Привет. Ты что-то хотела, Оль?
– Угу, – хмурит светлые брови. – Спросить, как ты.
– Ничего. Работы до хера. Что-то с камерами случилось.
– Не пишут? Может, напряжение скакнуло?
Поднимаю взгляд. С чего она взяла, что не пишут? Я этого не говорил. Впрочем, что еще могло случиться с камерами? Господи, я, кажется, готов подозревать кого угодно.
– Слушай, а ты на мой ДР когда домой свинтила?
– Под занавес.
– Все нормально было? Я не гнал? Прикинь, ни хера не помню.
– Да нет. Нормально все. Как Лала? Обошлось без скандала?
Занесенная над телефоном рука на секунду замирает.
– В каком смысле?
– Ну, ты задержался, как я понимаю. А она домой поехала.
– А… Это. Да нет.
