0
0– Я беру обе сумки, и мы возвращаемся к Ане.
Она немного рассказывает мне, чем занималась на этой неделе. Ей, очевидно, нравится новая работа. К моему облегчению, она больше не заговаривает о моем приобретении SIP. В свою очередь, я не вспоминаю про ее козлоногого босса.
– Ты выглядишь совсем… одомашненным, – говорит она с плохо скрытым удивлением, когда мы входим на кухню.
Она смеется надо мной. Опять.
– В этом меня до сих пор никто не обвинял.
Ставлю сумки на кухонный островок, и Ана выкладывает продукты. Я хватаю вино. Хочу поскорее запить тоскливый привкус, который остался у меня от этого супермаркета. Ну-ка, где тут штопор?
– Я здесь недавно и не все знаю. Возможно, штопор лежит вон в том ящике. – У нее заняты руки, и она показывает на ящик подбородком.
Я смеюсь и нахожу штопор, довольный тем, что в мое отсутствие она не топила свое горе в спиртном. Ведь я видел, что бывает, когда она напивается.
Оборачиваюсь к ней, и она краснеет.
– О чем задумалась? – спрашиваю я, снимаю пиджак и бросаю его на диван.
– О том, как мало я тебя знаю.
– Ты знаешь меня лучше кого бы то ни было. – Она точно умеет читать меня так, как никто другой. Мне даже делается жутковато. Открываю бутылку, подражая лихому официанту из Портленда.
– Не думаю, что это так, – возражает она, продолжая разбирать сумки.
– Так, именно так, Анастейша. Я очень и очень замкнутый. – Мое прошлое виновато в том, что я так делаю. Что я так делал."
"Наливаю вино в два бокала и один протягиваю ей.
– За нас… – Я поднимаю свой бокал.
– За нас. – Она отпивает глоток и продолжает хлопотать на кухне. Она в своей стихии. Я вспомнил, как она говорила, что готовила своему отцу.
– Тебе помочь?
Она косится на меня взглядом женщины, привыкшей все делать самостоятельно.
– Нет, все нормально… посиди.
– Я с удовольствием помогу.
Она не скрывает удивления.
– Тогда нарежь овощи.
Сказано так, словно она делает огромное одолжение. Пожалуй, она права, не доверяя мне. Я совершенно беспомощен на кухне. Моя мать, миссис Джонс, мои сабы – с тем или иным успехом – выполняли эту миссию.
– Я не умею готовить, – признаюсь я, разглядывая острый, словно бритва, нож, который Ана мне вручила.
– Тебе это и не нужно. – Она кладет передо мной доску и пару стручков красного сладкого перца.
Что мне делать со всем этим, черт побери? Какая у них странная форма.
– Ты никогда не нарезал овощи?
– Никогда.
Неожиданно ее это веселит.
– Тебе смешно?
– Оказывается, есть что-то, что я могу делать, а ты нет. Согласись, Кристиан, это забавно. Вот, я покажу тебе, как надо резать.
Она прижимается ко мне плечом, ее рука касается моей, и мое тело оживает.
Господи.
Я отодвигаюсь.
– Вот так. – Она разрезает стручок пополам и одним плавным поворотом ножа очищает от семян и перепонок.
