Еще темнее

Я вижу Ану в калейдоскопе картинок, наподобие тех портретов фотографа: она смеется, надула губки, задумалась… Красивую, поразительную. Мою.

Я не могу ее потерять.

Ну. Давай. Грей.

Я мгновенно ставлю «Чарли Танго» носом кверху и хвостом вниз, чтобы сбавить скорость. Хвост задевает за верхушки деревьев. Каким-то чудом «Чарли Танго» еще летит; прибавляю газа. Мы падаем на край поляны и сначала ударяемся хвостом. «ECI35» отскакивает несколько раз от поверхности земли и окончательно останавливается на середине поляны. Лопасти сбивают ветви с ближайших деревьев. Я опорожняю второй баллон огнетушителя, глушу двигатель, отключаю клапаны подачи топлива и поворачиваю тормоз воздушного винта. Выключаю всю электрику, наклоняюсь и расстегиваю пряжку на ремнях безопасности Рос, а следом открываю дверцу.

– Быстрее из кабины! Ложись! – ору я и толкаю Рос так, что она сваливается с сиденья и падает на землю.

Хватаю большой огнетушитель и бегу к задней части кабины, чтобы вылить углекислоту на дымящиеся двигатели. Огонь быстро гаснет, и я делаю шаг назад.

Растрепанная и глубоко потрясенная Рос ковыляет ко мне, а я стою и с ужасом гляжу на «Чарли Танго», мою гордость и радость. С нетипичным для нее проявлением эмоций Рос обнимает меня за шею, и я застываю. Только теперь я вижу, что она рыдает.

– Эй. Эй. Успокойся. Мы на земле. Мы в безопасности. Извини. Извини. – Я недолго держу ее в объятиях и успокаиваю.

– Да, у тебя получилось, – всхлипывает она. – Получилось. Блин. Кристиан. Ты посадил нас.

– Да, точно.

Мне даже не верится, что мы с ней целы и невредимы. Я отхожу на шаг, вынимаю из кармана носовой платок и протягиваю ей.

– Что случилось, черт побери? – спрашивает она, вытирая слезы.

– Сам не понимаю.

Я просто в тупике. Блин, что такое? Оба двигателя? Но у меня нет времени на размышления. Еще остается угроза взрыва.

– Давай отойдем. Я выполнил аварийное отключение всех систем, но на борту еще столько горючего, что в случае взрыва от вулкана Сент-Хеленс останется только холмик.

– Но мои вещи…

– Забудь.

Мы стоим на небольшой поляне. Лопасти еврокоптера срубили верхушки на нескольких елках. В воздухе пахнет свежей хвоей, вертолетным топливом и едким дымом. Мы укрываемся за деревьями на безопасном, по моим оценкам, расстоянии от «Чарли Танго». Чешу в затылке.

Оба двигателя?

Такое бывает редко. Я посадил «Чарли Танго» и залил пожар огнетушителем. Значит, двигатели сохранены, и мы сможем выяснить, что же случилось.

Но анализом причин потом займется Федеральное авиационное агентство. Прямо сейчас нам с Рос надо решить, что делать дальше.

Я вытираю лоб рукавом пиджака и обнаруживаю, что я потный, как свинья.

– Хорошо, что со мной остались сумочка и телефон, – бормочет Рос. – Черт. Нет сигнала.