Еще темнее

Створки смыкаются. Мне на память приходят слова Аны из ее электронного письма.

– Назойливая нахалка.

Я невольно смеюсь. Да, Ана. Ты так права.

Ана сидит на моей кровати с непроницаемым лицом.

– Она ушла, – сообщаю я, тревожась за ее реакцию. Я не знаю, что она думает.

– Ты расскажешь мне все про нее? Я пытаюсь понять, почему ты считаешь, что она помогала тебе. – Она смотрит на свои ногти, потом на меня, серьезно и твердо. – Я ненавижу ее, Кристиан. Мне кажется, именно она толкнула тебя на дурной путь. Вот у тебя нет друзей. Это она не позволяла тебе подружиться с кем-нибудь?

Господи. Достали они меня! Этого еще не хватало.

– Какого хрена тебе нужно знать что-то о ней? У нас очень долгие отношения, часто она выбивала из меня дурь, а я трахал ее по-всякому, так, что ты даже не можешь вообразить. Конец истории.

Она застигнута врасплох. Сверкнув глазами, она закидывает волосы за плечи.

– Почему ты так сердишься?

– Потому что все это позади! – ору я.

Ана отводит глаза, ее губы сжались в узкую полосу.

Проклятье.

Почему, когда я рядом с ней, у меня такое неровное настроение?

Успокойся, Грей.

Я сажусь рядом.

– Что ты хочешь знать?

– Можешь не отвечать. Я не хочу вмешиваться.

– Анастейша, дело вовсе не в этом. Я не люблю говорить об этом дерьме. Годами я жил словно в батискафе; меня ничто не задевало, и я не должен был ни перед кем оправдываться. Элена всегда находилась рядом, как напарница. А теперь мое прошлое и будущее столкнулись так, как я и не предполагал. Я никогда не думал, что у меня возможно будущее с кем-то. Ты даришь мне на-дежду и заставляешь представить возможные варианты.

Вот ты сказала, что будешь жить у меня.

– Я подслушивала, – еле слышно шепчет она, и мне кажется, что она смущена.

– Что? Наш разговор? – Господи. Что я там говорил?

– Да.

– Ну и что?

– Она привязана к тебе.

– Да, верно. Да и я к ней тоже, по-своему. Но это и близко нельзя сравнить с тем, что я испытываю к тебе. Если все дело в этом.

– Я не ревную, – поспешно заявляет она и опять закидывает волосы через плечо.

Мне что-то не верится."

"– Ты ее не любишь?

Я вздыхаю.

– Когда-то давно я думал, что люблю ее.

– Когда мы были в Джорджии, ты сказал, что не любил ее.

– Правильно.

Она с недоумением глядит на меня.

Ох, малышка, неужели я должен все тебе объяснять?

– Тогда я уже любил тебя, Анастейша. Ты единственная женщина, ради которой я готов пролететь три тысячи миль. Чувства к тебе совсем не такие, как те, какие я когда-либо испытывал к Элене.

– Когда ты это понял?

– По иронии судьбы именно Элена подсказала мне это. Она и посоветовала мне лететь в Джорджию.

У Аны меняется выражение лица. Она с опаской смотрит на меня.

– Ты желал ее? Когда был подростком?

– Да. Она очень многому меня научила. Например, научила верить в себя.