А спустя совсем немного времени, по историческим меркам, то есть прошло каких-то 250 тысяч лет и вновь сильнейшая мутация. И на арену эволюции вышел хомо сапиенс. Или по другому его называют неоантроп. Это мы с вами, Марк. Эволюция сделал мощный скачок. Спросите почему? Всё дело в том, что неоантропы, вновь сильно изменились генетически. Если человек умелый, человек прямоходящий, гейдельбергский человек и неандерталец генетически близки между собой, как были близки древние гоминиды, те же австралопитеки и салехантропы, то мы, то есть неоантропы генетически отличаемся от них кардинально.
— Понял. Но эта мутация вызвана вирусом, а не внешней средой, изменением климата или радиацией.
— Вот! Вот именно, Марк, вирусом.
— Вы что хотите сказать, что древние мутации, это тоже воздействие вируса? Но этот вирус новый. Мало того, он вроде бы искусственного происхождения.
— Марк, запомни раз и навсегда, нет искусственных вирусов. Мало того, вирус не относится к форме жизни.
— Как это? Что, микроб, это не форма жизни?
— В том то и дело, что вирус, это не микроб. Любой микроб, как ты сказал, это микроорганизм, клетка. А вирусы меньше любой клетки. Они живут в этих клетках. Они могут жить даже в болезнетворных палочках, даже в раковых клетках.
— Значит они живые."
"— Не спеши. Вирус не имеет клетки. Что обязательно для любого живого организма. Даже археи, одноклеточные микроорганизмы, которые при этом не имеют ядра клетки, а также каких-либо мембран, что обязательно для остальных живых организмов.









