7
0Только когда добрались до пристани, он взял меня под локоток, вроде бы хотел поддержать, да так и не отпустил мою руку. От этого незамысловатого прикосновения меня всю теплом пронизало.
— Что случилось?
— Дядя. Решил выдать меня замуж.
Его лицо сразу потемнело.
— Так скоро? Уже подобрали мужа?
— Нет, пока только обсуждают возможности.
— Нам надо подготовиться, они скоро кого-нибудь найдут. Тогда мы во всем признаемся и постараемся внаглую выкрутиться.
— Да. — Я замолчала на минуту, взглянула на Уильяма, потом обратно на реку. — Он меня пугает. Когда он сказал, пора выдать меня замуж, мне вдруг показалось, я сделаю то, что мне велят. Понимаешь, ему все повинуются. Даже Анна.
— Не гляди на меня так, любовь моя, а то я тебя поцелую на глазах у всего двора. Клянусь тебе, ты принадлежишь мне. Никому не позволю тебя отнять. Ты моя, а я твой. И все тут.
— Они отняли Генриха Перси у Анны. А они были женаты — не меньше, чем мы.
— Он был тогда сопливым мальчишкой. Никому не позволю встать между мной и тобой. — Он помолчал. — Но цена будет дорогая. Заступится за тебя Анна? Если она на нашей стороне, все получится.
— Ее такие новости не обрадуют. — Кому, как не мне, знать, какая эгоистка моя дорогая сестрица. — Но и вреда ей от этого нет никакого.
— Тогда давай ждать до последнего, а затем признаваться. А пока пора пустить в дело весь наш шарм.
Я рассмеялась, теперь ему понадобились мои придворные умения — я уж знаю, как пустить в дело шарм.
— Короля очаровывать?
— Нет, друг друга. Мне ни до кого в целом свете дела нет — кроме одной особы.
— Меня, — с тихой радостью угадала я. — А мне ни до кого дела нет — кроме тебя.
Мы провели ночь вместе в комнатке в маленькой гостинице. Стоило мне проснуться и повернуться к нему, он уже был рядом со мной. Мы засыпали друг у друга в объятьях, словно даже во сне не в силах расстаться ни на мгновенье. Я проснулась утром, почувствовала всю тяжесть его тела. Он был во мне, и стоило мне шевельнуться, как в нем снова вспыхнуло желание. Я закрыла глаза и в полудреме позволила ему вновь наслаждаться моим телом, покуда сквозь занавески не пробилось утреннее солнце, не послышались шум и крики гостиничного двора, ясное предупреждение — пора возвращаться во дворец."
"Он привез меня обратно на крошечном ялике, высадил на пристани, а сам поплыл дальше по течению, чтобы пристать там и возвратиться на полчаса позже. Я надеялась проскользнуть незамеченной в боковую дверь, добраться до спальни и даже попасть вовремя на утреннюю мессу. Но прямо у моей двери меня поджидал неизвестно откуда вынырнувший Георг.
— Благодарение Богу, ты вернулась, еще час, другой, и всем было бы известно.
— Что такое? — быстро переспросила я.
— Анна не может подняться с постели. — Лицо мрачнее тучи.
