Правда мне не очень понятно на кой она сдалась, если минимум половина из них попросту сдохнет во время отбора. Глупость несусветная, но дурость, именуемая на Севере — традицией. Так что с неё я уходил в дерьмовом расположении духа, ведь с Фьётрой так и не удалось обмолвиться. Валькирия постоянно находилась в гуще послушниц, да и рядом всегда крутилась Христа, а также что-вынюхивающая Ингрид, которая то и дело случайно оказывалась рядом.
Тем не менее сработал и мой план. Отвлекающий манёвр в лице Тэйна работал весьма хорошо. Не знаю почему, но не только валькирии, но и некоторые послушницы то и дело шарахались от бывшего серафима, как от прокаженного.
Имелась еще одна интересная деталь во всей данной истории. Деталь по имени Элейна. После спарринга её как ветром сдуло, но её многозначительные взгляды, что фонтанировали гневом, я чувствовал на своём затылке весьма часто на протяжении всего «Открытия». Приходилось мариновать тёмную альву до нужной готовности. На неё у меня возникли интересные планы.
Из вялотекущих мыслей меня внезапно вывел голос Рамаса и его удар под рёбра:
— Хватит спать, Ранкар, начинается!
Холера! Ну наконец-то…
Пару мгновений ничего не происходило, но затем какой-то неизвестный холёный голубокровный выступил вперед и неспешно воспарил вверх, а его громкий голос разнесся над всей площадью:
— Приветствую вас на отборе, юное поколение Севера!
— Обидно вообще-то, — пробормотал негромко я, отчего Рамас и Тэйн сдавлено заржали, а Натан обнажил зубы в злорадной усмешке.
"— Сегодня вас всех ждёт предварительный первый этап и лишь лучшие из лучших смогут пройти во второй, — продолжил вещать голубокровный.
На миг тот затих, а вся площадь погрязла в тишине. Однако всё это оказалось неспроста, потому как буквально секунд через десять в специально ограждённой зоне возник большого размера ромбовидный пространственный разлом, а сквозь пелену можно было рассмотреть какие-то руины и заросли.









