7
0Я не понимаю, неужели трудно уловить суть происходящего?
– Элиза, я не могу согласиться с тобой. – Мама качает головой, держа руки на бедрах. На ней все еще брюки для занятий йогой и куртка, которую она не успела снять после пробежки по округе. – В чем дело? Ты нормально себя чувствуешь? Что-то не так в школе?
– Все в порядке.
– Тогда что?
Отворачиваюсь от нее и снимаю с правой руки перчатку, чтобы вытереть выступивший на лбу пот.
– Это просто «Море чудовищ». Тебе не о чем беспокоиться.
Она затихает. Я снова натягиваю перчатку и начинаю работать над следующей панелькой. Волоски на моей шее стоят дыбом.
– Мы с папой действительно гордимся тобой, сама знаешь, – говорит она. – Да, мы не совсем все тут понимаем, но мы гордимся тобой. И мы счастливы, что ты любишь заниматься этим. Мы пристаем к тебе только потому, что волнуемся за тебя.
– О'кей, – киваю я.
– Может, ты по меньшей мере спустишься вниз и распакуешь свои подарки?
Снова поворачиваюсь к ней:
– Подарки?
– Да. Элиза. Сегодня Рождество.
Я таращусь на нее, уверенная, что она шутит, затем бросаю взгляд на экран компьютера и обнаруживаю, что сегодня действительно двадцать пятое декабря. Осознание этого почти выкидывает меня из кресла.
– Сегодня Рождество? – Мой голос звучит у меня в ушах, как блеяние умирающей козы. Я думала, что до него еще два дня. Или оно было два дня назад. Без разницы.
Она кивает:
– Мы уже решили разрешить твоим братьям открыть их подарки, потому что не были уверены, что ты сойдешь вниз. Вернее, не знали, когда ты это сделаешь.
– О.
– Так ты идешь?
– Я… да. Спущусь через минуту. Прошу прощения.
– Вот и хорошо. В холодильнике два крутых яйца ждут, когда ты найдешь время и для них.
Она уходит. Смотрю на компьютерные часы.
25.12
Быстро проверяю сообщения на телефоне и вижу, что Эмми и Макс действительно написали мне. Поздравили с Рождеством, поинтересовались, что происходит, и потрепались друг с другом о своих отпусках и каникулах. Я посылаю им несколько коротеньких сообщений, затем откладываю телефон в сторону и спешу вниз. Мама с папой ждут меня в гостиной, где стоит наряженная елка. Папа держит в руках видеокамеру.
– Простите, – снова говорю я.
– Все в порядке, Эггси, – уверяет папа. – Почему бы тебе не открыть то, что Санта принес, и тогда мы сможем заполучить сюда твоих братьев и сыграть в какую-нибудь настольную игру.
Я открываю то, что Санта принес мне. Я знаю, что это от него, потому что САНТА написано на всех прикрепленных к подарку открытках кудрявым маминым почерком. В основном это одежда. Одежда, которая будет хорошо сидеть на мне.
– В прошлом месяце ты пожаловалась, что тебе совершенно нечего надеть, – говорит мама, – вот я и решила купить тебе какие-то вещи.
