Элементально

Мелькнула мысль, может, я квартирой ошиблась, но тут же прогнала ее — дверь-то я своим ключом открыла. И в груди всколыхнулась злость.

— Что вы тут делаете?! — возмутилась я, глядя прямо в зло прищуренные глаза графа.

— Вас дожидаюсь, Марьяна, — язвительно выплюнул Герман и поднялся одним слитным и откровенно угрожающим движением. — А вот вы где были?!

— Что?! — выдохнула я и едва не закашлялась. В груди кончился воздух и начала нарастать паника. Он понял! Он все понял!

Но тут случилось нечто странное: Герман сделал шаг ко мне, затем какой-то затейливый жест рукой, отчего дверь за моей спиной шумно захлопнулась, а сама я как по льду скользнула прямо в мужские объятия. Не успела и пикнуть, а граф уже схватил меня за плечи и с таким яростным лицом склонился ко мне, что меня парализовало от ужаса, и я зажмурилась, ожидая уже чего угодно — от убиения на месте до съедения заживо.

А что? Настрой и лицо у него соответствующие!

Секунда, две, три… Ничего не происходило, я чувствовала лишь пульсацию собственной крови в венах и судорожно колотящееся сердце. То ли в ушах, то ли в пятках, то ли по всему телу разом. И тут он шумно втянул носом воздух прямо у моей щеки. Вздрогнула, распахнула глаза, с ужасом обнаружила лицо графа так близко, что ни о каких приличиях даже речи не шло, поэтому предпочла снова зажмуриться и пожелать себе провалиться.

Но почему-то на этот раз не сработало.

— Где была? — почти ласково поинтересовался дракон мне на ухо, будоража ну очень нервные окончания теплым дыханием.

— Гу… гуляла… — выдала хрипло, чувствуя, как слабеют колени и как никогда в жизни хочется в обморок. Как там вообще? А вдруг лучше, чем здесь?

— Всю ночь гуляла? — нежно уточнил граф, но от такой зловещей нежности хотелось бежать без оглядки. Да только не вырваться из его стальной хватки.

— Н-нет… — сглотнула и убитым голосом прошептала: — С… спала еще.

— Где? — уже жестче потребовал ответа мужчина.

— Под деревцем… — проблеяла, теряя последние силы и безвольно обвисая в крепком захвате.

— Где?! — Дракон резко отстранил меня от себя, словно опешил от моих слов, и несколько секунд неверяще всматривался в мое лицо. Это я увидела потому, что от встряски открыла глаза, да так и застыла, буквально загипнотизированная его янтарным взглядом. Зрачки графа неприятно пульсировали, вызывая тошноту и головокружение, но до конфуза не дошло — он глухо ругнулся и почти бережно отнес меня в кровать."

"Ну как бережно… Подхватил, метнулся в соседнюю комнату и бросил. Отступил на шаг, снова ругнулся и нервно взлохматил волосы. Смотреть на него не было уже никаких сил, и я малодушно закрыла глаза, успев лишь заметить, что на часах всего шесть утра.