Элементально

Еванши сказала, что учебный год начался чуть меньше месяца назад, а конкретно мой декан вместе с несколькими преподавателями на прошлой неделе уехал на столичную конференцию. Что это была за конференция, старший секретарь мне не сообщила, но я и не спрашивала, так как голова пухла от уже полученной информации.

Рабочий день шел по плану, и к обеду я разгребла завалы и на стульях. Оставалось лишь разложить рассортированные стопки по местам, когда в моей обители появился первый посетитель. Рослый смуглый брюнет лет тридцати, одетый в старомодный темно-синий сюртук и строгие черные брюки, вошел в приемную, как к себе домой. Скользнул по мне безразличным взглядом, дернул дверь, ведущую в кабинет декана, но та оказалась заперта. Ему это почему-то откровенно не понравилось, и он дернул еще. Да так яростно, словно планировал выдрать замок с мясом.

И, наверное, стоило промолчать, но почему-то эта мудрая мысль не пришла мне в голову.

— Добрый день, могу я вам чем-нибудь помочь? Декан вернется из столицы только завтра.

Мужчина взглянул на меня как на нечто противное, неприязненно скривил губы и вышел, так и не сказав ни слова. Я и раньше встречалась с людской грубостью, но сейчас мне стало откровенно не по себе. Будто меня намеренно унизили, прилюдно втоптав в грязь.

Какой мерзкий тип!

Хорошо хоть обеденный перерыв начался уже через десять минут, и я, с чистой совестью заперев дверь приемной, отправилась в столовую. Еванши и девочки сидели за столиком, который мысленно уже обозначила своим, и обрадовались, когда я к ним присоединилась. Несмотря на то что им всем было очень любопытно узнать, как я устроилась и как проходят мои первые трудовые будни, дамы оказались довольно тактичны и не лезли в душу. Мою внешность так и вовсе не обсуждали, словно понимали, что для меня это довольно болезненная тема. В целом так и было… Но не очень. Как только я поняла, что не чудовище, а элементаль и могу менять свою структуру, то именно древесное состояние показалось мне оптимальным. По крайней мере, на первое время. А как освоюсь, можно будет и о возвращении своего человеческого вида подумать. В этом деле, главное, понимать, что не случилось ничего непоправимого и все невзгоды — временное явление.

К тому же человеческое тело — такая хрупкая вещь… А то, что пока больше не красавица (сама себя не похвалишь…), так и вовсе сущая ерунда. Ну куда мне сейчас в красавицы и ненужное внимание привлекать? То-то же!

— Ой, опять он… — пробормотала я растерянно, когда увидела, что в столовую вошел тот самый высокомерный посетитель из приемной.

— Кто? — заинтересованно заозиралась Еванши и проследила за моим взглядом.