Элементально

Заглядывали магистры и даже студенты, спрашивая, когда она подойдет, но я могла лишь растерянно разводить руками и просить зайти попозже. На обед сбегала буквально на пятнадцать минут, быстро перекусив в одиночестве, и вернулась обратно в приемную.

Декан влетела ко мне за пять минут до конца рабочего дня. Ее глаза счастливо сияли, с губ не сходила улыбка, сама она была одета в праздничное платье, а волосы уложены в высокую прическу. Драконица подлетела ко мне, выдернула из-за стола и закружила по приемной, радостно хохоча.

— Марьяна! Спасибо! Спасибо тебе, милая моя! Ты даже не представляешь, что для меня сделала! Это свобода! Свобода!!! — Она резко остановилась и стиснула меня в объятиях. — Спасибо, спасибо! Что я могу для тебя сделать? Только скажи!

— Скажу. — Беспокойство по поводу ее отсутствия отпустило, и я сразу же вспомнила о своем деле. — Научи меня магии. Серьезной магии. Защите, скрытности, порталам. Сможешь?

Кажется, я перестаралась с серьезностью тона, потому что Райвер отстранилась, оглядела меня с подозрением и проницательно поинтересовалась:

— Решила податься в бега?

Неопределенно пожала плечами и попросила:

— Давай ты ни о чем не будешь спрашивать, и тогда тебе ничего не придется от него скрывать. Если моя затея удастся, я хочу быть уверена, что ты не пострадаешь.

— Ох, Марьяна… — Еще раз внимательно вглядевшись в мое лицо с упрямо поджатыми губами, декан порывисто меня обняла и очень серьезно пообещала: — Что бы ты ни задумала, я с тобой. Но знай, — в ее голосе прорезались зловещие нотки, — ты попала в очень требовательные руки!

— Это именно то, что я хотела услышать, — заверила ее, и мы отправились на ужин.

Во время трапезы Райвер в красках рассказала, как была ошарашена вчера, когда к ней зашел Герман, объявив о расторжении помолвки, и как нелегко ей пришлось сегодня. Сначала во время обеда с семьей лорда Валентайна, где каждый несостоявшийся родственник пытался уязвить ее побольнее, выпытывая причину разрыва (Герман сидел рядом с невозмутимым видом и за все время произнес лишь пару слов). Затем произошла встреча с собственными родными, шокированными не только решением главы клана, но и ее счастливым видом. Ей вспомнили все: и непослушание в детстве, и трудный характер, и выбор недостойного для леди занятия, и даже отказ регулярно выходить в свет, хотя это было совсем необязательно.

— Но теперь я свободна! Свободна! — Райвер повторяла это снова и снова, как будто не могла наговориться или поверить. — Работаю и живу как хочу! Выхожу замуж, когда вздумается! — Она смотрела на меня с таким обожанием, что мне бы обязательно стало неуютно, если бы не одно «но».

Я собиралась этим воспользоваться.