Элемента.М

- У меня отца, можно сказать, только что убили, а ты со своими шуточками.

- Какие уж тут шуточки! И убили его, дай Бог памяти. Ээээ, да какая разница! До новой эры это было, по вашему исчислению. Короче, давно!

- Ты больной что ли? - не сильно, впрочем, удивилась Ева, - Ты вообще знаешь, какой сейчас год?

- Смотря в каком летоисчислении и по какому календарю ты хочешь это знать. Юлианский, григорианский, китайский, древнегреческий, исламский, еврейский, Египетский, календарь майя, наконец. От Рождества Христова, от начала времен.

- Я поняла, поняла. Ты там Википедию цитируешь что ли?

- Нет. А надо? Могу и Википедию, - ответил голос.

У Евы невыносимо болела от него голова. Она посмотрела на себя в зеркало.

- А ты ничего - сказал Баз. - На мой вкус худовата. Я не пес, кости не люблю.

- Ты меня еще и видишь? - удивилась Ева.

- Конечно! Ты же в зеркало смотришь, а это сакральный предмет!

- Что значит сакральный? - напрягалась Ева.

- Открывает дверь в потусторонний мир! - пояснил Баз, - Смотри внимательней в центр своих зрачков. И ты меня увидишь.

Ева приблизилась к зеркалу как могла близко, но не рассчитала, и ткнулась в него носом.

Баз заржал низким грудным смехом.

- Вот дура-баба! Да пошутил я, пошутил! Я вижу тебя на экране твоей собственной памяти.

Он отсмеялся и сказал:

- О, я тут вообще столько всего вижу!

И он даже присвистнул.

Этого Ева вынести уже не могла."

"- Заткнись! - крикнула она, - Заткнись и убирайся! Убирайся сейчас же!

- Я понял, понял! Не обязательно так орать! Ну, зови, если понадоблюсь!

Ева села на крышку унитаза и зажала руками голову. ""Господи! В ее голове поселилась какая-то злобная говорящая тварь. И её отец давно умер!"" Хотелось плакать. Нет, ей нужен Дэн. Она решительно поднялась с унитаза. Она побоялась бы сейчас пописать, если бы ей даже приспичило - вдруг этот издевающийся гад услышит, а то и увидит её на горшке.

- Ева, с тобой все в порядке? - услышала она легкий стук и голос Изабеллы из-за двери.

- Да-да, я уже выхожу, - сказала Ева и решительно открыла воду. Она даже забыла, что хотела смыть сладкое пятно.

- Мы уже начали волноваться, - сказала Белка, когда Ева наконец вышла, - Тебе стало плохо? Ты так побледнела! Говорила я Арсению, не надо нам пить эту водку! – всё переживала Белка.

- Да, нет, не в водке дело. Хотя может и в ней, - улыбнулась Ева, - Просто что-то ужасно разболелась голова. Еще испачкалась как свинья, расстроилась.

И она показала на огромное мокрое пятно на груди.

- Мелочи! Не переживай! – махнула рукой Изабелла.

За поворотом библиотеки их поджидал Дэн. До туалета он не пошел, но на месте усидеть тоже не смог.

- Как ты? - ласково спросил он, когда она практически рухнула в его объятья.

- Уже лучше, - сказала она и кое-как сдержалась, чтобы не заплакать.