Связанные ненавистью

— Когда она позвонила мне, ты не дышал. Я боялся, что она воспользуется шансом сбежать.

— Моя жизнь против ее свободы, — сказал я с мрачным смехом.

— Она согласилась. Теперь она дома с Арией, собирает вещи.

— Мы должны защитить ее от бандитов. Ее отец не примет этого.

— Ты хочешь защитить ее? — недоверчиво спросил Лука.

— Она все еще моя жена. И я буду защищать ее столько, сколько она мне позволит.

— Она уедет, как только я все устрою. Тебе лучше забыть о ней, как можно раньше.

Я сверкнул глазами.

— Ты сможешь просто забыть Арию, потому что кто-то сказал тебе?

— Арию не нужно подкупать, чтобы спасти мою гребаную жизнь.

Я выдернул иглу из руки и высосал кровь, которая хлынула, прежде чем я спустил ноги с кровати, несмотря на головную боль. Я оглядел стол рядом с кроватью в поисках ножей и кобуры с пистолетом. Их там не было. Черт подери! Без них я чувствовал себя голым.

— Черт, — пробормотал Лука. Ублюдок схватил меня за плечи, не давая встать. — Я не хотел тебя раздражать. Ты должен оставаться в постели.

— Мне плевать. Я не чертов ребенок. Перестань меня опекать. Я имел дело с дерьмом похуже головной боли.

Я стряхнул его руки и соскользнул с кровати. Самая большая ошибка. Как только мои босые ноги коснулись пола, я покачнулся. Лука поддержал меня. Со стоном я опустился на кровать.

— Что они мне дали? У меня такое чувство, будто кто-то подсыпал мне в напиток снотворное.

Лука одарил меня самым покровительственным взглядом.

— Я сказал тебе оставаться в постели.

— Заткнись. Я хочу убраться отсюда. Я в порядке.

— Ты в порядке, когда я тебе говорю. Я твой Капо.

Я открыл ящик прикроватного столика, но оружия там тоже не было.

— Где мои ножи?

— В машине. Я бы не смог отвезти тебя в больницу вооруженным до зубов.

Я стиснул зубы, затем снова поднялся на ноги. На этот раз я почти не пошатнулся.

Лука сердито посмотрел на меня.

— Черт побери, Маттео. Почему ты не можешь хоть раз послушаться?

— Не вешай мне лапшу на уши. Если бы мы поменялись местами, тебя бы уже выписали из больницы. — он не стал этого отрицать. Я знал его. — Пойдем.

Лука сунул мне пакет.

— Сандро подобрал для тебя кое-какую одежду. Те, что были на тебе во время аварии, должны быть сожжены.

Я снял больничный халат и натянул чистые джинсы.

— А как насчет нижнего белья? Может, Сандро и нравится, когда его хлам трясется в штанах, но я предпочитаю другой барьер между моими яйцами и молнией.

Лука фыркнул.

— Интересно, что нужно сделать, чтобы заткнуть твой большой рот. То, что тебя чуть не убили, и то, что твоя жена бросила твою жалкую задницу, очевидно, недостаточно."

"Я перестал застегивать рубашку. Я знал, что он шутит. И он был прав. Ничто никогда меня не подводило.