Экзамен по любви, развод не предлагать

— Блядь, ты явно не в себе, — Влас сжал переносицу пальцами.

— У меня есть справка, — рассмеялась женщина. — Попробуй докажи, что ребенок был не твоим! Неприглядная картинка получается.

— Здесь нет ни зрителей, ни присяжных, Оль, завязывай с театром, — подметил Влас. — Мы с тобой в последний раз спали полгода назад. Кто отец твоего нерожденного ребенка, я не в курсе. Но определенно не я.

— Это тоже не играет никакой роли. Мы регулярно пересекались в общественных местах. Свидетелей полно. Любой подтвердит, что отношения были, — пожала плечом баба. — Так что, подумай. Со мной ты взлетишь еще выше.

А девочка твоя чем тебя поддержит? Усилит соплями, да скандалом? Ты разве не знаешь, какие сейчас студентки? Им подавай свидания, подарки, цветочки-конфетки, шмотки, машинки. Много ты цветочков купишь, когда мой адвокат выкатит тебе иск и нехилую компенсацию?

— Шли ее в жопу, любимый, — раздался негромкий голос Радмилы.

Влас, не веря собственным ушам, обернулся.

Рада действительно стояла в дверях палаты и держала в руках телефон.

— Не мне вам рассказывать, Ольга Петровна, сколько можно отхватить за шантаж, да? — уже чуть громче уточнила Радмила и нажала пальцем на экран.

В тишине палаты зазвучал записанный голос Золынковой.

— Запись удали, паршивка! — процедила актриса.

— От жениха моего отвали, вобла! — прищурилась Радмила.

— Так, девочки, стоп, — поднял Влас руки вверх, — давайте мирно решим все вопросы. Оль, встретимся в суде?

— Я подумаю! — отвернулась Золынкова, давая понять, что разговор окончен.

— А я навещу главврача. Уточню, как связано падение и выкидыш. Если он был, конечно же, — вздернула подбородок Радмила.

— Кто ж тебе выдаст информацию из карты пациента?

— Найдутся добрые люди, не волнуйтесь, Ольга Петровна! — процедила Радмила и стрельнула в Тиху колючим взглядом: — Долго будем здесь сидеть, Влас Тарасович? Никуда не торопимся?

— Торопимся, еще как! — заулыбался Влас.

— Подкаблучник хренов, — раздался злобный шепот в спину, но Власу было плевать на Золынкову.

Он, конечно же, и сам писал разговор. Но не надеялся, что одним выстрелом решит сразу две проблемы. И Радмила теперь в курсе о некоторых нюансах его дела, и с Ольгой вопрос почти решен. Тиха чувствовал, что Золныкова не станет доводить до суда.

Одумается. Ну или влиятельные люди «помогут» одуматься.

— Так, а ты что здесь делаешь? — споткнулся Влас уже в коридоре, догнав Радмилу у лифтов.

— Веду охоту на неверных женихов! — огрызнулась девчонка.

— Я же серьезно спрашиваю.

— А я серьезно отвечаю! — прищурилась Рада и добавила: — Дома поговорим!

— Ну хоть пару слов в свою защиту могу сказать?

— Суд объявляет перерыв, — возразила Рада.

— Обожаю перерывы.

— Тихоновский, руки не распускай!

— Я ж не чужое трогаю. Мое. Родное.