Экзамен по любви, развод не предлагать

И если бы Тихоновский не знал, кто перед ним, испытывал бы сострадание. Но никаких чувств, кроме злости, у него к Ольге не было.

— Состояние стабильное, ей ничего не угрожает, но мы будем наблюдать. Понимаете, при падении пациентка ударилась головой. В подобных случаях амнезия не редкость. Ольга не помнит последние события. И сейчас, чтобы ее не волновать, нужны исключительно положительные эмоции. Вы меня понимаете? — говорил доктор.

— Ясно. Она что именно говорила?

— Молодой человек, вы не волнуйтесь, — врач ободряюще похлопал по плечу Власа, — ваша жена сильная женщина.

День-два, и переведем в обычную палату. А через пару недель память вернется.

— Она не моя жена, — возразил Тиха.

— Ну как же…, — развел руками врач, — вот, перед тем, как уснуть пациентка попросила указать ваше имя в списке посетителей. У нас жесткие правила. Навещать могут только родственники. В случае с Ольгой мы готовы закрыть глаза на отсутствие документов. Особенно, если вопрос с вашей свадьбой уже решен.

Влас взглянул на запись. Напротив его имени и фамилии стояло: муж.

— Какой-то бред, — прищурился Влас."

"— Меня волнует исключительно состояние пациента, — врач направился к двери, — у вас есть пять минут.

Ольге нужно отдыхать. Сейчас она спит, но когда проснется, я вас умоляю, никаких волнений! Она все рано или поздно вспомнит.

— Ясно, — кивнул Тихоновский. — Еще раз, доктор. С Ольгой мы всего лишь коллеги. Я не ее муж.

— Давайте в ваших отношениях разберетесь, когда Ольге станет лучше, — предложил врач миролюбиво и вышел из палаты.

— Твою ж мать, — вздохнул Тиха и обернулся к женщине.

Приблизившись на пару шагов, Влас остановился. После разговора с доктором что-то тревожило Тиху.

Назойливо царапало мозг, заставляя прокручивать каждую фразу и всю ситуацию.

— Привет…

— Что за херня, Оля?

— Хм…, — негромко, так и не открыв глаза, пробормотала Золынкова, — у меня амнезия. Ты плохо слушал доктора?

— Мой вопрос прежний, — прищурился Влас.

— Все просто, … муж, — Ольга повернула голову и взглянула на Тиху осмысленным взором, — пока что у меня непорядок с головой. Травма, знаешь ли. Однако не исключено, что я могу вспомнить о том, кто меня толкнул на скользкие ступени. Возможно, мой адвокат посоветует мне подать заявление, раздуть скандал в прессе, воспользоваться связями.

И тогда, кто знает, что станет с твоей карьерой, Влас Тарасович.

— Ты охренела?

— Между нами ничего не закончилось. Я планировала перевести наши отношения на новый уровень. А ты нашел себе невесту? И кого? Какую-то сопливую студентку?! Это ты охренел!

— Оля, ты явно не в себе, — усмехнулся Тихоновский, — хочешь раздуть скандал? Давай!

— Рискнешь карьерой ради девки?

— Радмила не девка, а моя невеста. Женщина, которую я люблю.

— Проваливай.