4
0
Он сделал шаг, а я в ответ лишь скрестила руки на груди и ещё выше задрала подбородок. Высокий, зараза синеглазая, может на стульчик залезть, чтобы перестать себя чувствовать букашкой? Вдруг, Князь, как и наш земной медведь, никогда не нападающий на объект, который выше его ростом. А то он воспринимает меня, как вредную пигалицу размером с обезьянку, которая фыркает и ворчит где-то в районе пупка, естественно в своих фырканьях я буду неубедительна. Но, представив эту картину, я так развеселилась, что не сдержала тихого смешка.
— Что же вас так рассмешило, мисс Бишоп?
— Ничего.
Кто же знал, что у Князя такая богатая фантазия, и она повернёт совсем в иное русло.
— Может, вы решили, что о личном я буду с вами не разговаривать, а так сказать, действовать?
Вот не знаю, какой реакции эквейт от меня добивался, произнося эту двусмысленную фразу, но получил уж точно не то, на что рассчитывал. Я взглянула на него, как на умственно отсталого. Вроде правитель целой планеты, взрослый мужчина, а такие глупости говорит.
— Ну что вы, Ваше Высочество, я не мыслю мелкими категориями, и даже учитывая мою авантюрную натуру, ни за что не ввязалась бы в столь сомнительное приключение.
— Знаете, у меня такое ощущение, что вы меня сейчас в вежливой форме оскорбили, — хмыкнул тот, в точности повторяя моё движение, то есть скрестил руки на груди.
— А разве можно вежливо оскорбить? — и глазками захлопала.
Иногда очень полезно притвориться глупой блондинкой. Сомневаюсь, что мне поверят, но была ни была.
— В дипломатии этот метод довольно часто используется. Особенно в этом преуспели дипломаты с Альянса. Те так могут завуалировано оскорбить, что ты стоишь, обтекаешь фекалиями, а во рту у тебя остаётся ароматное ягодное послевкусие.
— Опыт полезная штука, каким бы он ни был, — философски ответила ему я и грустно вздохнула.
Долго он ещё будет меня тут удерживать? Я спать хочу. Завтра тяжёлый день, надо будет вести трудную беседу с Паолой. Да, беседа действительно будет серьёзной. Как объяснить всё ребёнку и не травмировать при этом её психику? Проблема. Я с собственной дочерью найти язык не могу, а тут придётся вправлять мозги постороннему ребёнку.
"— Мисс Бишоп, как часто вас мучают головные боли? — вдруг спросил меня эквейт, всё это время буквально буравя меня взглядом.
От неожиданности вопроса, меня, аж, тряхануло, и чуть ему всю правду не сболтнула. Но в последний момент удержалась и нейтрально ответила:
— Как и у всех, бывает иногда. А в чём, собственно, дело?
Что ты знаешь, Князь? Ведь не просто так спрашиваешь. Уверена, мои медицинские документы ты просматривал. Но там не было ничего такого, что могло насторожить.
