Эквей. Второй шанс

Но я уверена, что она выбрала лучшего из возможных.

Тишина достигла апогея.

Даже Алексия затихла, переводя взгляд от одного к другому.

Глава Пятая. Адаптация

Успех зависит от скорости адаптации к новым обстоятельствам.

Джеффри Евгенидис. «Средний пол»

Признаюсь, та фраза, что я, мило улыбаясь, выпалила этому высокомерному Величеству, долго грела мне душу. Нескромно это говорить, но уела я тогда его конкретно. Вроде ничего обидного не сказала, только правду, но… Ведь правду можно преподнести по-разному, не так ли? И мне удалось сделать это эффектно. Была бы я в возрасте Кэтти — я бы ему ещё язык показала, и танец счастья станцевала.

Но я дама взрослая, а уж для Князя так вообще — дама преклонного возраста, на факт которого он так язвительно указал, поэтому пришлось ограничиться улыбкой.

Надо сказать, что Князь тоже повёл себя мудро, тихо рассмеялся, показав тем самым, что фразу оценил и этим гнетущую обстановку разрядил. Но я по глазам видела, что этот укол он мне ещё припомнит и при случае вернёт в десятикратном размере. И вместо того, чтобы испугаться, меня вдруг охватил азарт. Посмотрим, Князь, как вам удастся застать меня врасплох?

Вот так и началось наше негласное противостояние, в которое, в конечном итоге, мы вовлекли всех.

Но, а пока впереди был первый день на Эквей.

Не знаю, есть такая поговорка — «Как первый день на новой планете проведёшь, таким тебя ждут и остальные дни»? Если нет, то я думаю, ей стоит присвоить авторство, потому что в моём случае она оправдала себя на двести процентов.

Я всегда считала себя симпатичной и по поводу внешности не комплексовала. Бонусом к внешности шёл незаурядный интеллект, безукоризненная, на мой взгляд, фигура, а грудь так и вовсе была моим достоинством, о которую споткнулись взглядом огромное количество мужских глаз.

А тут, в первые мгновения на планете-мечте, поняла одну страшную вещь — я страшная букашка и даже старая дева. Впору было впадать в отчаяние от своей ущербности и несовершенства.

Мало того, что все эквейты были очень высокими, в том числе и дамы, так они ещё все были до безобразия идеальны — высоченные, стройные и белоснежно-сахарные… как пломбир со взбитыми сливками, украшенный кокосовой стружкой. И за пять минут нахождения среди них, вынужденная ходить с задранной головой, я сразу приобрела аллергию на пломбир, сливки, стружку и прочее сладко-сахарное.

К моему удивлению, никто из новоприбывших с Земли, никаких проблем с адекватным восприятием окружающего, не испытал. Все находились в какой-то благостной эйфории. Кэтти с подругами шептались, хихикали и всё время что-то друг другу показывали. Её такая жизнь более чем устраивала. Значит, ни о каком возвращении на Землю речи быть не могло.

Так что придётся смириться и есть лимоны.