Такой Богиню я видела впервые, от неё исходила такая сила…осязаемая и устрашающая. Мыслей — бухнуться перед ней ниц, конечно, не было, но трепет перед её величественностью я ощутила, и даже не стала отвечать на её колкость.
— Ох, Элизабет. Удерживать временной пласт в стазисе, даже нам, Богам, весьма затруднительно, а ты вместо того, чтобы помочь мне, тянешь это самое время, — укоризненно произнесла Богиня. — Князь же сказал, что ты машина для убийств, помнишь? Ну, так, вперёд, действуй. Или тебе нравится быть марионеткой в чужих руках?
Не нравится, но я и не убийца.
Произнести вслух этого я не смогла, но она меня поняла.
— Знаешь, Элизабет, на войне, порой, необходимо забыть о своей нравственных ценностях. Этот землянин очень тебя щадил, когда грязно использовал в своих интригах? — я вынуждена была признать, что в этом она права. Ради Кэтти, ради Князя, да и, в конце концов, ради своего счастья, я должна постараться отринуть все кодексы морали.
С этой стороны я на свои способности почему-то никогда прежде не смотрела. Да и Князь во время наших с ним тренировок особо на это не указывал. Но одно дело говорить, а совсем другое сделать. Я ведь понятия не имела о механизмах воздействия. Да, Князь научил держать атаку извне, а вот атаковать самой — вот это я ни разу не делала.
— Я не могу.
— Не можешь или не хочешь? Сейчас ты открыта как никогда, ты будешь чувствовать всё. Правда ровно до того момента, как вот этот вот мальчик не начнёт пополнять свои силы за счёт твоего энергопотока… Ну, почувствуй их.
Как же фантастично это звучало. Но, мы тут не сказки пришли послушать. Давать ложные надежды, Богиня бы не стала.
— А вы?
— Что я? — вновь непонимающий взгляд, от которого я почувствовала себя ещё более глупой.
— А вы не хотите помочь?
— А я чем, по-твоему, сейчас занимаюсь? — взмутилась Богиня, поведя бровью. — По-моему, очевидно — помогаю вам.









