И, конечно же, занимаясь с Князем в его личных апартаментах. Вот последний пункт и место встреч, как раз и привносили сумасшедшую сумятицу в моё душевное состояние.
Все во дворце знали, что я провожу много времени с Князем в его покоях, особенно по вечерам. И что немаловажно, выхожу оттуда крайне уставшей и потрёпанной. И естественно никто ни разу не мог и подумать, что на самом деле мы работаем по установлению контроля над моими способностями. Алексия понимающе улыбалась и многозначительно помалкивала, деликатно обходя эту тему. Кэтти краснела, бросала на меня долгие взгляды и тоже как-то тактично молчала.
А Князь, зараза эквейтская, вместо того, чтобы продемонстрировать, что нас связывают чисто деловые отношения, наоборот пускался во все тяжкие, отпуская прилюдно в мой адрес витиеватые комплименты, лобзая ручку — где только набрался этой пошлости — довольно щурясь от произведённого эффекта.
Александра я видела пару раз, и то мельком. Он как-то сдержанно улыбался, приветствуя меня, и практически ретировался по своим делам. Что ж, его можно было понять, слухи о наших с Правителем отношениях, наверняка, дошли и до него.
Никто, ни единая душа, даже не рассматривали такой вариант, что мы с Князем можем заниматься в его апартаментах чем-то другим, кроме секса. Временами мне так хотелось выйти в коридор и заорать во всё горло:
— Я с ним не сплю!
Но, увы, этого сделать я не могла. И дело было даже не только в том, что мне никто не поверит, просто придётся унижаться, доказывая всем обратное. Да и не хотела всех посвящать в свои способности.
Кстати про хиту. Праздник для старших девочек неотвратимо для меня приближался. И осталось буквально два дня. Весь дворец стоял на ушах — шли приготовления, примерки, утверждались списки блюд и прочее, так же ждали прилёта с Земли родственников девочек, которые будут присутствовать на церемонии. Алексия была страшно занята и жутко волновалась, Кэтти с девочками старалась помочь ей по мере сил и возможностей.








