Экспедиция. Туда, но не обратно (СИ)

Солдату действительно было очень смешно, что «вице-президент», по совместительству, лагерный отсосун, уже приготовился к смерти от того, что не сплюнул яд, который вроде как высосал, а проглотил его. Яд гадюки при проглатывании, скорее всего, не подействует, так как будет сильно разбавлен и слюной и желудочным соком, да и для этого нужны ранки в ротовой полости. Но самым желанным, пусть и некрасивым, было разразиться смехом над девушкой. Игорь не мог заставить себя быть серьезным, так как укус змеи был прямо, так сказать, «на тазе» полненькой рыжеволоски.

Однако смех смехом, но Игоря учили действиям после укуса змеи при переподготовке в учебном центре в Фергане после уже года службы. Парень бесцеремонно перевернул девушку, которая опасливо смотрела на Игоря, но безропотно поддалась. Спустив трусы, обнаружив характерные следы укуса, он надавил на кожу вокруг двух ранок, но ни жидкости яда, ни сукровицы не появилось, пришлось сковырнуть ранки, и уже тогда показался яд. Игорь укоризненно посмотрел на, уже сидевшего и наблюдающего за действиями парня, Николая, и стал высасывать яд, готовя остроумные ответы на попытки подначить уже его самого. Для всех необходимых процедур понадобилось минут десять под всхлипывания и болезненные стоны рыжей, которые при бурной фантазии пубертатного подростка можно было спутать с некоторыми иными особенностями межполовых отношений.

Солдат высасывал яд, однако, было понятно, что прошло больше пятнадцати минут, и отрава уже начала всасываться в кровь. Однако, действия не были бессмысленны, часть яда удалось извлечь, значит больше шанса пережить отравление с меньшими последствиями."

"— Оля! — обратился Игорь к стоящей неподалеку главному медику лагеря, что так же пришла посмотреть на действия парня. Она молча наблюдала, было видно, что она боится собаки, а Рекс не отходил от Игоря ни на шаг. — Перекисью водорода обработать и пластырь наложить. Ее может тошнить, кружится голова, подняться температура. Движения никакого, напряжения на сердце никакого. А так жить будет. Вот только Николай может умереть, но не от яда, а от мнительности и похотливой фантазии.

Николай Дмитриевич, вице-президент первой археологической республики, понял, что Солдат его высмеивает. На удивление преподавателя, после слов Посталовского, он резко стал чувствовать себя хорошо. До этого и голова кружилась, и какое-то недомогание было, даже казалось, что температура поднимается, а сейчас, ничего. Николаю стало стыдно, но он попытался оправдаться тем, что ночь не спал, а отдыхать нужно всем. Однако, некоторый авторитет Николай потерял и сам это осознавал. Ну а оправдания про сон, когда все студенты были его лишены из-за ночных событий, вовсе выглядели проявлением слабости.