Экспедиция. Туда, но не обратно (СИ)

Когда-то тысячу лет назад там жили люди, побудем и мы на их месте. Пока не трепитесь о наших выводах, скажите, что это только для безопасности. Связи временно нет, остальное объявим сразу, как только переедем, — Игорь сделал паузу, дождавшись согласительного кивка Константина, потом продолжил уже тихо, чтобы не слышали остальные, ну кроме Алика, который был так же рядом. — Там гэбэшник, ну ты знаешь, обскажи ему тихо что произошло, может подскажет чего, ну там экстренные вызовы, или сигнальная ракета, не знаю… Если он хоть как-то тебя станет слушать, закинь удочку, — пусть поможет с оружием. Уверен, что какой-нибудь тайничок в машинах есть, второй охранник первого секретаря как раз пытался открыть багажник одной из волг, когда погиб. Все оружие, включая ножи, топоры, собрать, под твою ответственность скрытно перенести вместе с вещами. Сам не вздумай трогать огнестрел, если сотрудник решится помочь. Или имел дело с оружием?

— Да, не особо, пару раз с охотничьего стрельнул, да на НВП в тир водили, шесть патронов с Калаша дали. Лучше не надо мне огнестрельного, — поразмышлял Костя.

— Пусть и девчата луки держат наготове, люди вряд ли, но звери напасть могут, с Лидой взаимодействуй, в зад этих трусоватых преподов. Давай быстрее, — закончил напутствие Солдат и уже обратился к Алику и Шишону. — Ну, пойдем, что ли сами полюбуемся на деревню? Шишон, экскурсию проведешь?

— Костыль, — за главного, — безапелляционно объявил свою волю Шишон.

Трое мужчин, если рослого Алика уже можно было назвать мужчиной со всеми присущими этому понятию императивами, пошли на разведку. Такой выбор персоналий был не случайным, Игорь не особо доверял деревенской шпане. Еще в период подготовки экспедиции, Анна Кондратьевна, много рассказывала про нравы и обычаи моховцов. Нет, о большинстве жителях деревни, уже покойная руководительница раскопок, отзывалась с уважением или нейтрально, но и отмечала, что, по информации участкового, буквально четверть местных парней имеют либо отсидку, либо постоянно ходят под административными взысканиями. Однако, тот же Шишон казался вполне разумным. Вероятно, что многое сказанное, безусловно, умнейшей женщиной Бережной-Гулькой, было для некого устрашения. Студенты опасаются местных, значит меньше контактов с аборигенами."

"Было опасно подпускать местных к студенческому сообществу, тем более в таком составе, где нет стальной руки хрупкой женщины — Анны Кондратьевны, а оставшиеся в живых два руководителя практики — просто самовлюбленные позеры, может и с головами, полными знаний.