4
0Игорь хотел слегка подправить надменное лицо дружинника князя и поэтому вызвал Степана. Предполагалось драться на не заточенных мечах.
— Я обязательно научусь вертеть мечем и щитом, как этот сотник, — словно обиженный ребенок сказал Степан.
— Да, он не пустил тебя даже на расстояние удара клинка, а потом эта взрывная атака… Как ты еще умудрился отбиться? — сказал Игорь и громко, разливая напиток, открыл бутылку с шампанским.
— Позорно отбился, он же мог мне ногу отсечь, но только обозначил удар плашмя, отсушив ногу, — пожаловался Степан.
— Ну и ты его задел в итоге, — попробовал поддержать парня Солдат, но тот только отмахнулся и сделал очередной глоток игристого полусладкого.
— Как там вообще твой отец и Большой? — спросил граф.
— Жрут водку, да рефлексируют, в принципе, как и мы с тобой, ваша светлость, — уязвленный фехтовальщик заливисто рассмеялся, чем вызвал улыбку и на лице Игоря.
— Правильнее будет «ваше сиятельство», ну а ты, виконт, скорее — «ваше благородие», — поддержал шутку друга Игорь, вот только насколько это шутка, если титул даровался князем?.."
"Когда начались поединки для выяснения у кого больше и толще харизма, Олег, тогда еще будучи трезвее многих, начал расспросы Умника, пользуясь либо отсутствием Солдата, либо увлеченностью того схватками. Миша же нашел «свободные княжеские уши» и лил туда потоками информацию. Впрочем, сведения были, по мнению Умника, исключительно в рамках легенды.
Да, пришлые — один из родов полумифической Скифии. Да, пришли из-за большого озера, что Байкалом зовется. Там они встретились с воинственными кочевыми племенами, что были стократно большим числом, чем род. Да, потом они пошли на Запад, но и тут встретились с воинственными уграми, будущими создателями венгерского государства. Эти племена действительно в это время должны кочевать на Запад и скоро пройдут южнее Киева. Олег, если история пойдет схожим путем, даже проиграет битву уграм и откупится от них. И вот в кровопролитной и отчаянно жестокой битве, где всего полутора тысячам «байкальцам» противостояла вся мощь степных лучников, полегли многие воины. Остались только те не многие, почти все подростки, которые смогли воспользоваться заслоном славных ратников князя Постала (производная от фамилии Игоря — Посталовский) и уйти дальше. После долгих скитаний дети стали крепнуть и Солдат, сын Постала решил пойти под руку Рюрику, потом князя Олега.
Захмелевший Умник самозабвенно рассказывал историю героизма и чудесного спасения детей, когда их родители умирали, завоевывая лишние минуты для бегства своих горячо любимых чад. Неискушенное разными шоу, кинематографом, да и книгами, восприятие Олега просто заваливало князя мыслеобразами.
