9
0
— Успокоился, — словно подтверждение моим словам, — а теперь на выход. Ты первая.
Меня снова тыкают. Вперед толкают. Но в этот раз я молчу. Зубы стискиваю. Хватит на сегодня экстрима. Боюсь мне его теперь на много лет вперед хватит. А может даже на всю оставшуюся жизнь. Если выживу конечно.
К горлу снова ком подступает. Потому что умирать не хочется. Губить своего ребенка по собственной дурости не хочется.
И в сотый раз подряд я начинаю твердить про себя, как мантру. Что если мы выберемся. Что если никто не пострадает. Я перестану вести себя как пацан в юбке. Перестану влипать в неприятности.
Почему я раньше ни о чем этом не задумывалась? Зачем вообще к этому подполковнику поперлась? Ведь сразу было ясно, что такой человек не будет играть по правилам обычной девчонки.
Но я ведь такая самоуверенная. Такая уверенная, что со мной то уж никогда ничего плохого не случится. Ведь в самых ужасных ситуациях всегда находился выход.
Пытаюсь вспомнить те самые ситуации. И заскулить хочется. Ведь каждый раз с самого дна меня вытаскивал один и тот же человек.
Нас заталкивают в очередную дверь. Понимаю это, когда запинаюсь о невысокий порожек и врезаюсь плечом в косяк. Больно. Но терпимо. Молчу. Стараюсь больше не провоцировать Дана. Он здесь в таком же положении, как и я. Безоружен. Слеп. И все чего добьется, оказывая сопротивление, собственной гибели.
В этот раз нас толкают на что-то мягкое. Диван. Ощущаю позади мягкую спинку. Хочется откинуть на нее голову и передохнуть. Но я сижу прямо. Вытянувшись как струна и в таком же напряжении.
Тело словно заряжения пружина. Готовая ко всему.
Я не знаю, что с нами будут делать. Надеюсь только на то, что не убьют сразу. Тогда будет шанс. Должен быть шанс. Его не может не быть.
— А вот и мой подаро-о-ок, любимый!
Женский голос здесь звучит дико. А этот голос еще и неприятно. Но прежде чем я понимаю хоть что-либо, с нас сдергивают повязки.
Первым делом оглядываю Дана. Он на вид помят, но бодр. Пытается подбодрить и меня взглядом. Я бы даже улыбнулась ему в ответ. Да боюсь от напряжения стошнить может."
"— Странные у тебя развлечения.
От знакомого мужского голоса дрожь по спине пробегает. Поворачиваю лицо, как во сне. Время словно замедляется. Даже первые кристаллики снега начинают медленнее кружить за окном. Я это все краем сознания подмечаю. Потому что до кончиков нервов на другом сконцентрирована. На мужчине, который смотрит прямо на меня. На Марате.
Глава 31
Он смотрит на меня всего лишь секунду, а потом отворачивается. А я фиксирую взглядом женскую руку на его локте. Холодное, слегка отстраненное выражение лица.
