8
0
И Макар будет волноваться, что папы нет дома.
Как ему объяснить, что теперь так всегда будет?
У меня мыслей нет.
Лежу, и веки горят.
Надо было позвать родителей ко мне переночевать.
Слушаю ровное дыхание сына и сама начинаю дремать. Сон уже навалился неспокойный, тяжёлый, но завибрировал сотовый, зажатый в руке.
Вздрогнула и торопливо сползла с постели. Тихонько, чтобы не разбудить Макара, прокралась в коридор.
Дэн.
Чего ты мне звонишь. К Полине своей иди.
Это ведь совсем надо совести не иметь, чтобы после дня рождения Матвея заявиться к нам.
Со злостью ткнула пальцем в экран, сбрасывая вызов.
В кухне напилась воды.
Снова выглянула в окно — муж расселся на крыльце.
Ночами прохладно, а у него скоро соревнования, заболеет — задавила в себе привычные переживания.
Пусть делает, что хочет.
Пусть отмечать дальше идёт. Ребенка поздравили, спать уложили — можно и Полю порадовать.
Фу…
Как же мне нехорошо.
Навалилась на стол.
Не хочу думать, но невольно представляю торт и семь свечей на нем, как Матвей их задувает, а потом смотрит на счастливых родителей, чьи головы торчат по обеим сторонам от него.
У нас в семейном архиве есть шесть фотографий с тортом и нашим Макаром."
"И вот у Дэна появилось седьмое фото, начиная с которого лица на снимках изменятся. Теперь на них будут Матвей и Полина, а не мы с сыном.
Не выдержала и ударила ладонями по столу, на пол одним движением смахнула все, что было.
И замерла от грохота, что сама создала.
Посмотрела на солонку и перечницу в виде медвежат, на салфетницу, заварочный чайник и рассыпанные конфеты.
Что я творю, нельзя.
Выдохнула.
Присела, чтобы все собрать. И снова позвонил муж.
Нажала на отбой.
Что тут говорить, будет объяснять, почему сегодня выбрал Матвея, а не нас с ним?
Наверное, потому что Поля рыдала, сожалела, головой об стену билась. Все утро и весь день.
Боже.
Предатели…
Прибралась в кухне и поднялась в спальню. Постояла на пороге, глядя на нашу с Денисом кровать.
И достала из шкафа постельное белье.
Постелила себе внизу, на диване.
Ещё вчера я могла спать там, наверху.
Сейчас же не представляю, как дальше жить в этом доме, где все мне напоминает про мужа.
Денис — он просто ураган, катастрофа, бедствие, взял и все так безжалостно разрушил.
Часы тикают. В слабом зелёном свете виднеется циферблат.
Минуты, за ними часы.
Я лежу и ворочаюсь.
Давай, засыпай!
Скоро утро.
Ещё спустя час не выдержала — пошла в кухню. Со стаканом приблизилась к окну и поперхнулась водой — сидит.
До сих пор.
Плечом прислонился к перилам.
Он там заснул, что ли?
С ума сойти.
В прихожей набросила на пижаму пальто. Щелкнула замками и выглянула на крыльцо, позвала тихонько:
— Денис.
Муж не ответил.
Против воли заволновалась, шагнула на улицу.
