8
0Скажите, это наказуемо — если приходит чужая женщина, говорит ребёнку чтобы он пролез в дыру в заборе, а за забором она будет ждать его?
— Вы знаете эту женщину? — голос следователя стал еще более строгим. — Любое преступление против ребёнка наказуемо, вам следует всё мне рассказать.
— Эту женщину я знаю. Её зовут Полина Ризова. Полину может опознать воспитательница, уверена, она её узнает.
Глава 51
— Вперёд, — с улыбкой развернула кресло к Денису.
Муж посмотрел на меня, как на врага.
— Соня, я не инвалид, — сказал он оскорбленно и сам поднялся. — Уж до машины как-нибудь дойду.
— Врач сказал, что нагружать тебя нужно постепенно. А ты и так много гулял сегодня, — загородила креслом проход. — Садись.
— А если там журналисты? — Дэн посмотрел в окно. — Представляешь, какие фотографии будут? Жена Соколова забрала мужа из больницы. В инвалидном кресле.
— Перестань, — улыбнулась. — Какое тебе дело, кто там что напишет? Ты поправиться хочешь или всем доказать свою крутость? Так ты ее доказал уже. Когда выиграл бой. Садись, — повторила требовательно.
Муж со вздохом опустился в кресло.
Покатила его в коридор. Выписку уже забрала, она лежит в сумочке. Сейчас мы приедем домой, а дальше…
Не знаю, что будет. Ещё пару дней Денис поживет с нами, окрепнет, побудет с Макаром. А потом скажу про развод.
И про Полину. Признаюсь, что дала ход делу с похищением нашего сына. Расскажу, что вчера мы с воспитательницей были у следователя. И по фотографиям она опознала Полину, несмотря на ее идиотскую маскировку в черные очки и платок."
"Убойным доказательством было бы, если бы у Полины телефон Макара нашли, сын жаловался, что тетя отобрала у него сотовый.
Но трубка выключена. И Полина не дура, от телефона она, наверняка, избавилась. Только все равно эта дрянь не отвертится.
На улице и, правда, приметила за забором парочку журналистов. Муж поморщился, дернулся, готовый подняться из кресла.
— Дэн, — мягко остановила его. — Сиди.
Подкатила кресло к машине. Помогла мужу сесть в салон, и развернулась к врачу, который нас провожал.
— Список лекарств, — протянул он мне рецепт. — Выкупите сегодня, по приему я все расписал. И как можно меньше волнений.
— Спасибо, — уселась за руль.
Денис всю дорогу улыбался, как ребенок, который, наконец, едет домой. В окно смотрел, на дорогу, машины, прохожих.
— Надоела больница, — признался. — Лежишь, сидишь. Даже не почитать ничего. Хорошо, что все кончилось.
— Пока нет, — качнула головой. — На очереди восстановление.
— Восстановлюсь, не сахарный.
— С боксом придется временно завязать, если хочешь, чтобы…
— Знаю, — муж помрачнел. — И как назло. Предложений много, как никогда. Все будто с цепи сорвались. Ладно. Пусть.
Когда подъезжали к дому мне позвонил следователь.
