Его (с)нежная девочка

Позовите-ка мне своего управляющего.

– Эм… – заливает щеки девушки густой румянец. – Что-то случилось? Может, я все-таки могу вам чем то помочь?

– Боюсь, кроме Эриксона, мне никто не поможет! – говорю тоном, не терпящим возражений, и добавляю совсем шугнувшее девчонку, – я жду.

Секунда, и ее как ветром сдуло. Стоило-то всего свести хмурые брови на переносице и включить тон гендиректора.

Еще в столице я принял решение отдыхать здесь инкогнито. Естественно, сыночку я просто жажду объявить о своем присутствии, но другому персоналу и отдыхающим знать, кто я такой, думаю, не стоит. Веселее будет.

– Дамир Таирович? – выруливает откуда-то сбоку седовласый мужичок в клетчатом костюме, по возрасту ближе к годам моего отца. Судя по всему, это и есть тот самый Эрик Эриксон, которого за два года владения акциями я так ни разу в лицо и не видел.

– Он самый. Мистер Эриксон? – протягивает руку управляющий, которую я пожимаю.

– Именно. Рад с вами познакомиться, мистер Абашев. Как добрались?

– Спасибо, хорошо. Далековато же вы забрались.

– Зато тишина и покой отдыхающим обеспечен. Вы готовы заселиться?

– Если можно.

– Конечно, ваше шале уже с утра ждет вашего прибытия, – кивает Эриксон. – Лаура, будьте добры, подайте ключи от первого домика! – оборачивается к девушке, у которой от удивления вытягивается лицо, и которая смотрит на меня во все глаза. Которые, не ровен час, выкатятся. С чего бы это?

– Лаура! – прикрикивает на девчонку Эриксон, и та, словно приходя в себя, суетливо рыщет по ящикам в поисках ключа от моей временной обители.

А вот эта ерунда мне не нравится. Не люблю, когда персонал буквально в рот заглядывает гостям. Чувства это вызывает не самые приятные.

– Простите, Дамир Таирович, – говорит Эриксон, уже когда выходим и направляемся в сторону моего охеренно уединенного шале. Хотел тишину и покой? Получи, распишись, Абашев. Пешком пятнадцать минут до ближайшего проявления “жизни”.

– И часто у вас так обслуга зависает?"

"– Нет, они все вышколены и обычно не позволяют себе лишних проявлений эмоций. А сейчас смена подходит к концу, день сегодня был сумасшедший. Туристы стекаются отовсюду. Да еще и час назад началась вечеринка для персонала. Мысленно все наши уже там, – тараторит мужичок, проводя меня какими-то лесными тропами.

– Вечеринка для персонала?

– Новогодняя, да. Это уже традиция. Не желаете присоединиться?

– Не большой любитель вечеринок. Лучше скажите мне, как у вас тут обстоят дела с моим оболтусом?

– Ну, как вам сказать, – вздыхает Эриксон, подводя меня к одному из домов. Шале роскошное, ничего не попишешь. Еще и размером, как дворец. Может, и его расположение в отдалении не так уж и плохо.

– Как есть, мистер Эриксон, – отвечаю, скрежеща зубами. Чую, мне не понравится услышанное.