Его (с)нежная девочка

Часики тикают, завтрак сам себя не приготовит.

Пока замешиваю все на сырники и хожу в кладовку за изюмом, Дамир, поднявшись наверх, меняет домашние штаны на джинсы с футболкой и включает… музыку?

Неожиданно.

Оказывается, в этом шале есть еще и стереоустановка, из колонок которой льются приятные звуки мелодии, кажется, что-то из девяностых или восьмидесятых? Точно не помню. Никогда поклонницей музыки того времени не была, да и редко где слышала, но сейчас мелодия отвлекла и с легкостью завлекла прямиком в свои ненавязчивые сети. Гитара мелодичным звучанием увела мои мысли в блаженное “ничегонедумание”, и я не заметила, как, действуя на чистом автомате, начала слегка приплясывать под сменяющие друг друга песни, кружа по кухне, как какая-то феечка из мультика, и мурча себе под нос известную мелодию. А потом так же совершенно случайно закружилась и влетела прямиком в объятия к Дамиру, который, подкравшись со спины, сцапал себе в руки и с улыбкой закружил в танце.

Сказать, что сердце зашлось, ничего не сказать. Оно плясало вместе со мной. С ним. С нами. Это была не медленная романтичная мелодия, а зажигательная песня, под которую мы с мужчиной хохотали, как два безумца, кружась по всей большой гостиной и напрочь позабыв о том, что где-то там на плите уже обуглилась первая партия моих фирменных сырничков.

Шаг. Поворот. Я снова прижата к каменному мужскому телу. Взмах руки, и Дам заставляет прогнуться в спине, заботливо поддерживая и не позволяя мне свалиться.

Земля уходит из-под ног, а глаза закрываются, впитывая весь до остатка момент.

Новый виток музыки и новый шаг.

Еще кружок вокруг себя, и мужчина, подхватив меня за талию, поднимает на руки, отрывая мои ноги от земли и кружа вокруг своей оси, заставляя тихонько хохотать, вцепившись в его шею.

Два абсолютных безумца! Совершенных.

Посмотри со стороны, решили бы, что мы навеселе или пьяны. Но если мы и одурманены, то совсем не алкоголем, а чем-то другим. Особенным. Волшебным. Тем, что в сердце уже не умещается и рвется наружу. Счастьем. Легкостью. Свободой. И… друг другом. Пьяны друг от друга!

И как-то совершенно неожиданно с очередным падением в плен сильных мужских рук в голове простреливает старое, странное и избитое выражение: пьяный от любви. От любви...

Любовь.

Могла ли я влюбиться? Вот так вот: быстро, стремительно, решительно и окончательно? Возможно ли за такой короткий срок открыть свою душу и сердце совершенно незнакомому человеку? Мужчине, при взгляде на которого внутри столько чувств, столько желаний и столько надежд. Рядом с которым душа по-настоящему поет, и хочется взмыть ввысь. Рядом с которым не страшно! С ним не боишься выставить себя неопытной или глупой дурочкой.