Его одержимость

Я все же, по его настоянию, закончила университет, отучившись на дизайнера, сделала пару проектов, которые, конечно же, были на наш частный дом и квартиру. Будто бы мужчина мог мне позволить работать непонятно с кем и неизвестно на кого. В плане контроля он похлеще любого кавказца, переплюнул даже Шамиля, который пылинки сдувает с моей сестры Эльвиры.

– Давай, Авдеева, – шепчет мне Артур, и я делаю последний рывок, тужусь, а затем настает облегчение.

Раздается младенческий писк, так что я с облегчением откидываюсь на кушетку, с удовольствием наблюдая за тем, как делают замеры ребенку.

– Мальчик, – улыбается акушерка.

Наши взгляды с мужчиной встречаются, и в его глазах я вижу небо. Спокойствие и мою морскую гавань. В нашем тандеме огонь и вихрь это все же я. Нет, я не стала хорошей девочкой. Отнюдь. Разве что для Артура… И пусть я хожу в полностью закрытой одежде, но стервой быть от этого не перестала. Так что много светских львиц, когда я встала на крыло при поддержке Авдеева, было облито мною ядом. Натуру, как говорится, не пропьешь.

В этот момент ко мне подходит медсестра с нашим сыном на руках. Мужчина помогает мне приподняться, и я протягиваю руки к ребенку. Он такой крошечный, что мне страшно его держать, но мне помогает муж, слегка поддерживает, впрочем, помогая мне как всегда.

– Он прекрасен, – шепчу, глядя на его личико. – На тебя похож.

– Еще непонятно, маленький же, – качает головой Артур, но я вижу, как блестят его глаза.

– Как назовем? – спрашиваю у него, ведь тему имени мы не поднимали.

Авдеев молчит, видимо, думает, а затем нарекает нашего сына:

– Тихон, – шепчет и гладит его по пухлой щечке.

– Я люблю тебя, – шепчу своему мужчине, когда он наклоняется и целует меня в лоб.

Передаю ожидающей медсестре сына, смотрю на мужа с сияющими глазами. Не перестаю благодарить себя, что когда-то решила, что смогу безнаказанно шантажировать Шамиля Галаева. О нет, наказание я получила, вот только… И приз был соответствующий. Так что мой характер – мое преимущество.

– Долго я ждал этого, звереныш, – ухмыляется, дерзко кривя губы.

– Ты снова за свое, между прочим, я ласковая кошечка, – надуваю губки, хмурю бровки, и это действует.

И на моего варвара нашлась управа. Знаю, как он любит, когда я включаю наивную девушку, ничего не сведущую и не приспособленную к жизни. Он любит контроль во всем, и моя беспомощность дает ему власть над ситуацией. А я люблю, когда он обо мне заботится. Мы нашли друг друга. Мой властный Артур и его ранимая Вера.