Его одержимость

К сожалению… С горечью думаю, что «любимая» правильная сестричка сейчас в шоколаде: беременна от богатого красивого мужика и живет в его особняке, ни о чем не думая. В то время как я вынуждена находиться здесь. Стискиваю кулаки, держа их на своих коленях, думая, что идти-то мне в сущности некуда. Деньги, что давали в стриптиз-клубе, растрачены мной, за съем платить уже на неделе, а у меня ни гроша. Что ж, это похищение даже мне на руку. Если он окажется нормальным, более-менее адекватным, а самое главное, не маньяком, то это мой шанс устроить свою личную жизнь.

– Будешь есть из моих рук, барби, – хмыкает над ухом Артур.

Двое других мужчин гогочут, глядя на меня маслянистыми раздевающими взглядами. Точнее, один из них смотрит так, а вот глаза второго – холодны, словно айсберг.

– Как надоест, подари мне, Артур, – говорит тот, что не скрывает свою похоть.

Мужчина стискивает мое бедро и напрягается, а затем заставляет свое тело расслабиться. Что это за гости такие, что мужчина контролирует себя изо всех сил?

– Ты всегда делишься, Дикий, – говорят ему, а я хмыкаю про себя, надо же, какое интересное прозвище дали ему, невероятно подходящее.

Держу свои мысли при себе. Только наблюдаю, иногда и в моей симпатичной головке возникают дельные мысли.

– Да, так и есть, что ж на этот раз не спешишь? Или это серьезно? – говорит тот из мужчин, который постарше.

У него на висках только пробивающаяся седина, из чего я делаю вывод, что он чуть старше Артура. И смотрит он не взглядом юнца, а бывалого мужика, просчитывающего все шаги наперед и знающего людей и их гнилое нутро. Опасный тип. Стоит держать с ним ухо востро, хотя в душе надеюсь, что больше с ним встречаться мне не придется.

– Я еще не пробовал этот кусочек пирога, сам не насытился, – притягивает меня ближе к себе Артур и при всех тискает мою грудь сквозь ткань простыни.

Стискиваю зубы, хотя дыхание у меня учащается, а между ног становится влажно. Неужели Артур из тех типов, которых возбуждает, когда на прелюдии смотрят посторонние? Надеюсь, нет… Иначе это было бы слишком. Впрочем, порок и разврат – мое второе имя.

– Новенькая игрушка, в моем вкусе, люблю таких куколок, – цокает парень помладше, снова глядя на меня.

В иной раз я бы заинтересовалась им. Молодой, симпатичный, явно состоятельный, весельчак, все как я люблю. Вот только в контексте сегодняшней ситуации это неуместно. И это еще мало сказано.