Его невинная малышка

– Если не ты, тогда кто?

– Может, ты? Чтобы замести следы!

– Хорошая мысль, но мне нечем опровергнуть твои обвинения…

– Я могу опровергнуть твои обвинения! – вмешиваюсь, вновь обращая на себя внимание мужчин. – Я не пойду с тобой, папа, – тихо говорю. – И если ты сейчас выстрелишь первым, то потеряешь меня навсегда!

Адамова вновь одолевают сомнения. Словно специально, тянет время, накаляет обстановку.

– Хорошо, – вдруг соглашается он. – Я верю тебе, милая. Вряд ли ты загонишь меня в ловушку… Поэтому я готов выслушать тебя…

Я облегченно выдыхаю. Перестрелки не будет. Это радует. Теперь нужно как-то доказать невиновность Рема. И я очень переживала насчет своих воспоминаний. Будет ли достаточно того, что я помню?

Адамов отправляет своих людей по машинам, а сам направляется в клуб. Рем идет следом, провожая моего отца на второй этаж, где в гостиной мы уже встречаем их двоих.

– Я бы предложила чай, но, судя по тому, что мой отец продолжает держать оружие в руках, а Рем скрывает рукоятку пистолета за своим поясом, думаю, гостеприимство сейчас ни к чему!

– Это для твоей безопасности, – объясняет Рем.

– Я не стану рисковать жизнью своей единственной дочери! – рычит отец.

– А я не допущу, чтобы ты причинил вред моему внуку…

– Прекратите оба! – сердится Арн, размещаясь на диване и усаживая меня к себе на руки. – Есть дела поважнее! Если ты не заметил, на дверях моего клуба находятся следы от пуль! Вчера на нас с Авой было совершено нападение. Ее могли убить. Выстрелы предназначались только Аве, если это не твои люди, Адамов! – продолжает он. – Больше никто не желает мне смерти…

– Совсем за идиота меня держишь! Если Ава была рядом, я бы не позволил стрелять! К тому же я узнал об ее исчезновении спустя пару часов, поскольку был занят и мои люди не смогли мне дозвониться….

– Тогда возникает вопрос: кто хотел ее смерти? Кому это выгодно? – подводит итоги Арн. Все молчат, и он продолжает: – Мы тут определили, что мой отец не убивал Миреллу, когда Ава увидела его сегодня!

– Это так, – подтверждаю. – Я четко помню убийцу. Я тогда сидела в шкафу с Доджи. Мама попросила меня не высовываться и не снимать сердечко, – рассказываю, машинально прикасаясь к подвеске на шее. – Она закрыла за мной дверь и приняла на себя весь удар. Я помню ее крик, выстрел… – На моих глазах выступают слезы. – Я выглянула и в щель увидела его… Мужчину с рыжей бородой и шрамом…

– Что?.. – обрывает меня Рем. – Не может быть!

Я чувствую, как тело Арна напрягается подо мной.