Обряд должен был защитить их от всякого, кто приближался к ним, помимо посвященных, что отправляли необходимые «ритуалы». Другое же, наоборот, веди себя, как святотатцы. Таков халиф аль-Мамун[44], собравший мастеров и рабочих, чтобы вскрыть великую пирамиду и разграбить ее сокровища. Некоторые старые мудрецы уверяли его. что это невозможно. Аль-Мамун пренебрег их предупреждениями. Он испробовал все средства, которые были в его распоряжении. — огонь, едкие вещества, тараны, но настоящего входа так и не нашел.
Аль-Мамун не был невеждой. Ученый, просвещенный человек, он прочел множество научных трудов и очень надеялся, что вход пирамиды традиционно расположен на ее северной стороне.
Итак, аль-Мамун проник в великую пирамиду. Расчистить гранитные нагромождения оказалось невозможно, поэтому он обогнул препятствие, проделав боковой тоннель в более мягком известняке. Что же он обнаружил? Неизвестно. Молва говорит, что в маленьком помещении он увидел статую человека, сделанную из зеленого камня. На самом деле это был саркофаг. Внутри лежал человек в золотых доспехах, украшенных драгоценными камнями. На груди его покоился великолепный меч, около головы находился красный рубин величиной с куриное яйцо, сверкавший во тьме, как огонь.
Халиф, подсчитав, что цена сокровищ, найденных в пирамиде, была равна расходам на раскопки, понял, что древние египтяне предвидели все. Мы никогда не узнаем, улыбнулась ли аль-Мамуну удача.
В средние века пирамиды считались хлебными амбарами, построенными в глубокой древности царями[46]. Арабы, сердцу которых древние египетские обычаи ничего не говорили, постоянно разрушали пирамиды, растаскивая блоки на постройку домов. Они начали с облицовки. Мало кто знает, что пирамида Менкаура утратила покрытие лишь в XV в., а облицовка пирамиды Хафра была цела еще в XVIII в.









