9
0Я зажмурился и снова стиснул зубы, чтобы не завыть от горя утраты…
— In the cold and dark DecemberAs I'm walking through the rainSit beside the room all night long…Я потрясенно открыл глаза.
Еле слышным, срывающимся шепотом, вцепившись в мою руку и не вытирая катящихся по щекам слез, не пела — судорожно выдыхала Роза. Я стиснул ее замерзшие пальцы:
— In the grey December morningI decided to leave my home…Took a train to nowhere — far away — far away…Откуда-то из-за спины послышался еще один тихий голос:
— Many thousand miles awayWhere the moon took to the stars…Это Джеймс.
— Dreamed about the daysDays gone by — days gone by…Это Ал."
"— In the night the seawinds are callingAnd the city is far far away…Гарри Поттер.
— Soon the sea turns to darknessIt is night and the seawinds are callingSeawinds call — seawinds call…Аманда и Алиссия Забини, закончивший школу в прошлом году Форвик, Эдвард МакМиллан… В нестройный хор вплетаются все новые голоса, и песня повисает над кладбищем, окутывая нас легким облаком светлой грусти, и упрямое солнце сушит мокрые от слез щеки:
— Ten thousand miles awayWhere the moon took to the starsDreamed about the daysDays gone by…И вот уже светлые сосновые доски скрылись в холодной тьме могилы, и комья замерзшей земли застучали по крышке, навсегда отбирая у нас Санни. А песня набирает силу и уверенно хватает солнце за хвост, не позволяя ему сбежать в тучи:
— I've been told so many storiesAnd dreams my friends have madeSo it's no illusionsSail away sail away…Потом наступает тишина.
* * *Струйки сигаретного дыма прихотливо завиваются, танцуют в морозном воздухе. Холодно в Восточной башне. Не так, как в Астрономической, но тоже будь здоров, не кашляй.
На следующий день после похорон Санни пошел густой снег. Белые хлопья, огромные, как воробьи, плавно опускались на землю сплошной безмолвной стеной. За две недели окрестности школы завалило так, что расчищать дорожки пришлось с помощью магии, летая над сугробами на метлах…
Роза подошла тихо-тихо, прижалась к спине, обняла ласковыми теплыми руками.
— Опять дымишь…
— Угу…
Роза удрученно вздыхает, но молчит.
В окно влетает одинокая ажурная снежинища, Роза ловит ее на ладошку. Тонкое снежное кружево медленно тает, и Роза шепчет еле слышно:
— Не могу никак привыкнуть… больше не будет наших суббот…
Сердце неловко спотыкается и словно ударяется о легкие — внезапно схватывает дыхание, в горле будто встает бритвенное лезвие, и глаза уже готовы к обжигающей влаге…
Затягиваюсь глубоко, до хрипа. Роза делает вид, что не плачет.
Медленно выдыхаю.
Щелчком отправляю окурок в окно:
— Сегодня суббота, Роз.
Эпилог
Бывает так, что сил не бывает.
Бывает, настроение ниже школьных подземелий, все валится из рук, внутри пухнет беспричинная тягучая тоска, грозящая пролиться горючими слезами обиды на весь мир.
