17
0
Я поднимаю руку и машу ей, широко улыбаясь. Как бы давая понять, что ваш сын, Тамара Андреевна, сейчас полностью в моей власти.
Она хмурится и прячется в салоне внедорожника.
Машина трогается с места, и я наблюдаю, как она уезжают, оставляя меня в тишине. Закрываю глаза, пытаясь успокоиться.
Возвращаюсь к детям, проверяю, как они. Алина и Олег спят спокойно, их дыхание ровное. Я сажусь на край кровати и наблюдаю за ними, чувствуя, как внутри всё ещё кипит.
""Это всё ради них"", повторяю я себе. ""Никто не посмеет их ранить. Никто не посмеет нас разлучить.""
Но всё-таки мысли о Артуре не дают покоя.
"Проходит некоторое время, и я слышу, как снова раздаётся звонок в дверь. На этот раз я не двигаюсь с места. Пусть подождёт. Пусть поймёт, что нельзя просто так врываться в нашу жизнь и ждать, что всё будет по-прежнему.
Звонок стихает, и я слышу, как шаги удаляются. Снова тишина.
Я вздыхаю, стараясь успокоиться. Всё это слишком сложно, слишком болезненно. Меня шатает, как тонкое деревце на ветру.
Артур ушел, меня должно это радовать, но вместо этого чувствую странную пустоту в квартире. И пялюсь на дурацкий носок с оленями, который не заметила и забыла отдать ему.
— Мама, — слышу сонный голос Олега, и оборачиваюсь. — Ты плачешь?
— Нет, солнышко, всё хорошо, — улыбаюсь ему, стараясь скрыть свою боль. — Ты голоден? Приготовить тебе что-то? Алинка тоже проснулась?
— Нет, мамочка, она спит.
Он забирается ко мне на кровать, крепко меня обнимает. А потом тихонько шепчет:
— Мама, а Артур наш папа?
Этот вопрос заставляет мое сердце биться быстрее.
— С чего ты это взял? Как Артур может быть твоим папой? — спрашиваю, нервно смеясь.
Кто ему сказал об этом? Или мы разговаривали настолько громко, что Олег услышал?
— Мамочка, ну почему все взрослые думают, что дети ничего не понимают? — театрально вздыхает Олег. — Его тоже зовут Артур, как и нашего папу. Он приехал жить в наш дом. И всегда нам помогает. И вы часто ссоритесь. А бабушка всегда говорит, что они с дедушкой ссорятся, потому что любят друг друга.
— Интересные выводы ты сделал, — обнимаю и прижимаю к себе сына.
— А еще я слышал, как вы об этом говорили… — нехотя признается он. — Так он правда наш папа? Он вернулся наконец-то? Он больше не уйдет? — с надеждой спрашивает сын. — Артур мне очень нравится.
У меня нет права лгать ему. Я и так делала это слишком часто.
— Да, солнышко, Артур ваш папа.
Он замирает в моих руках, напрягается, а потом громко выдыхает.
— Я так рад, — шепчет тихонько.
