Двойное чудо для генерального (СИ)

— Сделаю, — обещаю, поднимаясь с пола. Ноги жутко затекли.

— С колбасой и сыром, — деловито заявляет Алина.

— Хорошо-хорошо, только пока меня не будет не деритесь, ясно?

Я еле успеваю подготовить перекус для детей, когда слышу подозрительную тишину из гостиной. Опасная, ненормальная тишина.

— Алина, Олег, всё в порядке? — кричу я из кухни, но ответа не слышу.

Оставляю всё на столе и иду проверять, что там происходит. Прохожу по коридору, слышу приглушенные смешки. Когда я вхожу в гостиную, мои глаза расширяются от ужаса.

Черт возьми.

Мои собаки. Мои маленькие чихуахуа, Микки и Хало, выглядят как результат научного эксперимента.

Я же закрыл собак в спальне! Как они выбрались оттуда?

— Кто вам позволил красить собак? — кричу я, едва сдерживаясь, чтобы не взорваться. — Где вы вообще краски взяли? — второй вопрос не дает мне покоя.

Алина и Олег смотрят на меня с невинными глазами, в которых нет и тени раскаяния.

— Так с собой принесли.

— Мы хотели сделать их красивыми, — отвечает Алина, её лицо светится гордостью.

— Мама говорит, что яркие цвета поднимают настроение, — добавляет Олег, показывая на свои разрисованные руки.

— Это не повод красить собак! — мой голос дрожит от злости и растерянности. — Вы понимаете, что это не игрушки?

Они смотрят на меня, не понимая, в чем проблема.

А проблема в том, что эти чертовы чихуахуа вечные аллергики. Никто никогда не знает от чего у них может начаться приступ. В одну минуту они резво бегают по квартире, во вторую — уже корчатся на полу в конвульсиях.

У сестры определенно точно будет много вопросов.

Я вздыхаю, понимая, что дети просто хотели развлечься. Но теперь мне придётся отмывать собак, объяснять сестре, почему её обожаемая титулованная Микки выглядит как участник карнавала, и при этом не сойти с ума.

И вот я стою посреди гостиной, окружённый разбросанными деталями Лего, двумя шумными детьми и двумя наполовину покрашенными чихуахуа, и понимаю, что это, возможно, самый сложный день в моей жизни.

Глава 27

Я поправляю волосы и подношу руку к дверному звонку.

Честно говоря, я очень волновалась за детей, задавалась вопросом не совершила ли ошибку, оставив их на Артура?

Все же он ничего не знает о детях. Он мог подвергнуть их опасности. Все время, что провела в помещении, где скоро откроется новая кондитерская, я была дёрганной и нервной.

Хотелось сорваться и поехать домой, чтобы забрать детей.

Но я себя останавливала.

Дети уже взрослые.