17
0
— Хорошо, вам лучше завтра подъехать к нам в отделение, чтобы уладить кое-какие бумажные дела.
— Так и сделаю, — киваю и иду к своей машине.
Едва удается овладеть своими эмоциями. Чем больше думаю, тем больше уверенна, что это дело рук Артура. Я хочу его видеть. Прямо сейчас. Полна решительностью направляюсь домой.
На часах три ночи, но мне всё равно. Гнев и отчаяние гонят меня вперёд. Я не знаю, в какой квартире он живет, поэтому, едва зайдя в подъезд, направляюсь к консьержу.
— Какой номер квартиры Золотарева? — требовательно спрашиваю, не пытаясь скрывать свою ярость.
Сонный консьерж, слегка вздрагивая от моего тона, неохотно отвечает:
— Простите, но я не могу разглашать информацию о жильцах дома без их согласия.
— Это дело жизни и смерти. Вы же меня знаете, Андрей Викторович. Я бы не спрашивала у вас посреди ночи чью-то квартиру, если бы ничего не произошло.
Мужчина смотрит на меня с сомнением. Но у меня хорошая репутация. Поэтому он не чувствует подвоха и даже понятия не имеет какой скандал я сейчас готова закатить Золотареву.
— Десятый этаж, квартира восемьдесят три. Только не говорите что я вам сказал.
— Спасибо, — бросаю я, направляясь к лифту.
Внутри лифта гнев только разгорается. Я представляю, как выскажу ему всё, что думаю. Как спрошу, почему он решил поступить со мной так. За что он мстит мне? Это я должна быть зла на него. Это меня он бросил ради другой. Беременную!"
"Лифт поднимается на десятый этаж, и двери открываются. Шаги мои становятся тяжелее, сердце бьется сильнее. Подхожу к нужной двери и стучу с такой силой, что мои кулаки начинают болеть.
Через несколько секунд дверь открывается, и передо мной стоит Артур, явно удивленный моим появлением.
— Маша? — произносит он, его голос звучит обеспокоенно. — Что случилось?
— Это ты мне скажи, что случилось! — кричу я, не сдерживаясь. — Моя кондитерская сгорела, Артур! Это твоих рук дело, да? Признайся!
Я толкаю его в грудь. Он, не ожидая этого, делает шаг назад. Потом берет себя в руки, выталкивает меня за порог квартиры и закрывает зверь.
—Ты можешь спокойно объяснить что произошло? — начинает он, но я перебиваю его.
— Объяснить?! Ты разрушил мою жизнь, а теперь притворяешься, что ни при чём?! Как ты мог? — слёзы снова текут по щекам, я чувствую, как внутри всё кипит.
Я продолжаю бить его кулаками, мой гнев растёт с каждой секундой. Артур пытается удержать меня, но я вырываюсь, снова и снова ударяя его. У меня сейчас настоящая истерика.
— Ты... разрушил... мою... жизнь! — кричу я между ударами.
Его лицо становится всё более хмурым, и внезапно он хватает меня за запястья, сжимая их так, что я не могу двигаться. Он прижимает меня к стене, его дыхание тяжёлое и прерывистое.
