Дурная слава

– Этот долбаный козел посмел до тебя дотронуться? – прорычал Уорик.

– Я дрался с ним и приставил кинжал к его глотке. Я бы зарезал его, если бы Роджер меня не остановил, – признался Рикард.

– Эдуард бросил бы Рикарда в Тауэр, а потом казнил, если бы Рикард нанес вред его любовнику.

– Господь всемогущий! Эдуард Плантагенет объявил свою последнюю волю и указал в завещании, что Гавестон не может вернуться в Англию без согласия парламента, – заявил Уорик.

– Отец, Эдуард Плантагенет мертв. Теперь в Англии новый король, который полагает, что вправе всегда поступать по собственному желанию.

– Бароны очень скоро избавят этого юнца от иллюзии величия и от его гасконского прихвостня – тоже.

Рикард решил сменить тему:

– Надеюсь, ты приехал, чтобы помириться с Джори?

– Мне не следовало позволять ей уезжать из Уорика. Я совершил страшную ошибку. Все эти годы держал в доме Мэг, которая превратила нашу жизнь в ад.

– Я с детства знал, что ей нельзя доверять.

– Ее отправили в Уэльс. Она подмешала болотную мяту в эль для Джори, чтобы у Джори случился выкидыш. К счастью, графиня не стала пить.

– Леди Марджори не говорила мне, в чем причина вашей ссоры. Сказала только, что это личное.

– Джори думает, что это сделал я, потому что не хотел второго ребенка.

– Да, она права. Это действительно личное. Надеюсь, отец, ты справишься. – Рикард помолчал, потом добавил: – Только поосторожнее. Иногда ты бываешь суров.

– Забери-ка Цезаря. Я так нервничал из-за Джори и теперь хочу сам проследить, чтобы с ней все было хорошо. – Он снял седельные сумки и решительно направился к замку.

Встретив дворецкого, граф поздоровался и пошел к лестнице.

– Я доложу о вас, лорд Уорик.

– Я сам о себе доложу.

– Прошу прощения, милорд. Уиндраш принадлежит леди Уорик… Думаю, будет лучше, если я все-таки доложу, – справившись с робостью, возразил дворецкий.

– Значит, недостаточно суров, – с иронией пробормотал граф.

Дворецкий бросился наверх и постучал в дверь леди Уорик. Дверь открыла Кэтрин Мортимер и первой узнала поразительную новость.

– Подожди здесь, – прошептала она дворецкому.

Джори уже двенадцать часов мучилась периодическими болями в пояснице и теперь сидела в постели среди подушек и маленькими глотками потягивала отвар из ячменя и фенхеля, который сварила для нее Мэгги.

– Он не только облегчит боль, но и молока будет больше. К утру ребеночек и появится, – предсказывала повитуха.

Кэтрин подошла к кровати.

– Здесь лорд Уорик.

У Джори расширились глаза.

– Я не хочу его видеть!

– Я скажу дворецкому, миледи, – пробормотана Кэтрин.

– Нет! Уорик не станет слушать дворецкого. Иди сама и скажи ему, что я не хочу его видеть.

– Я, миледи? – в отчаянии прошептала Кэтрин.