4
0На полках стояли горшки, кувшины, банки с мазями, притираниями, стручками растений. Джори поздоровалась с Берком, который беседовал с двумя молочницами, взбивавшими масло. Тот оставил работниц и подошел к графине:
– Я сделал восковые свечи для ваших покоев, миледи. В остальных помещениях используются масляные светильники.
– Ты очень внимателен, Берк. Мне многому предстоит учиться, если я хочу стать настоящей хозяйкой замка. Он намного больше, чем я ожидала.
– Мы складываем здесь мешки с хмелем и солодом для пивоварни, а там бочки с уксусом из сброженных яблок. За аркой у нас каменные баки, в них мы варим мыло из овечьего жира. Сегодня немного попахивает.
– Более чем «немного». Боюсь, мне надо на воздух.
Все последовали за графиней наружу Мэг спросила с намеком:
– Вас тошнит, миледи?
– Уже прошло. Со мной все в порядке, благодарю. – Джори постаралась скрыть улыбку, когда заметила, с каким вниманием Мэг изучает ее поясницу.
– Проедусь немного. На свежем воздухе мне станет лучше.
Мэг изумленно спросила:
– Вы думаете, вам можно?
Джори пока не желала подтверждать подозрения слишком любопытной женщины.
– Я привыкла каждый день ездить верхом. Мне полезны такие упражнения, Мэг.
Они прошли в конюшни. Брут кинулся к Джори и приветствовал ее громким даем. Их встретил молодой грум, ухаживающий за ее кобылой.
– Оседлать ее, миледи?
– Да, Нед, благодарю. – Джори тихонько разговаривала с лошадью, пока грум надевал на нее уздечку. Потом он вывел лошадь из стойла и помог Джори сесть в седло. Она подождала, пока Нед оседлает лошадь и для себя. Уорик настаивал, чтобы во время прогулок графиню всегда сопровождал грум. – Вперед, Брут. Пробегись с нами.
Джори выехала со двора замка, но на сей раз не поехала вдоль реки, а направилась к Арденскому лесу. Волкодав тотчас взял след дичи и скрылся в густом подлеске между гигантскими деревьями.
– Успокойся, Нед, я за ним не поеду. Он может забраться в самую чащу, мы не будем углубляться с опушки. – Лошадь неспешно трусила под зеленым балдахином. – Лес так красив. Подумать только, он растет сотни лет.
Прогулка длилась уже чуть больше часа, как вдруг до слуха Джори долетел голос мужа, зовущий ее по имени:
– Джори! Джори! Отзовись же, дьявол побери!
Она выехала на открытое место, мимо нее пролетел Брут, услышавший голос хозяина.
– Я здесь, Гай. Что случилось? – Она заметила, что его лицо потемнело от гнева, и встревожилась.
Он был так взбешен, что едва мог говорить.
– Домой! Сейчас же!
Джори покраснела от такой грубости.
– Я не забиралась в глубину.
– Ни слова! – приказал он. – Домой! Немедленно!"
"Джори хотелось броситься на него и расцарапать ему лицо. С ней никто еще не говорил таким тоном.
