5
0
Усаживаю Олю на игровой коврик и выглядываю из гостиной. Их нет, а входная дверь чуть приоткрыта.
Нельзя, чтобы она накрутила себе лишнего. Быстро пересекаю прихожую и выхожу на лестничную площадку.
- Здравствуй, Мила…
- Привет.
Они стоят друг напротив друга и, судя по всему, выясняют отношения.
Ситуация, ужаснее не придумать.
- Мила, между нами с Майклом ничего не было, ты не подумай ничего такого… - набрав побольше воздуха, как на духу, выпаливаю я.
- Зайди в квартиру, Яна, - не поворачиваясь, произносит он, - не лезь не в свое дело.
Говорит так, будто пощечиной ударяет. Кожу лица словно огнем обдает.
Не помню, как залетаю обратно и, сильно зажмурившись, прячу лицо в ладонях.
Вот дура! Какого фига я выперлась? Понятно же, что люди взрослые – сами разберутся. Зачем встряла? Забыла, каково это, чувствовать себя третьей лишней?
- Мама, - голос дочки поднимает меня на поверхность, не дает захлебнуться обидой.
Открываю глаза и растягиваю губы в улыбке. Ни к чему пугать ее кислой физиономией.
- Пойдем играть?
- Пойдем.
Минут через двадцать хлопает входная дверь, а следом – дверь в комнату Майкла. До вечера он оттуда не выходит. Спит или нет, я не знаю, но стараюсь тишину не нарушать.
Уже ближе к десяти купаю Олю и, прочитав перед сном сказку, укладываю спать. А когда прихожу в кухню, чтобы вымыть стакан из-под молока, нахожу там Майкла со стаканом виски в руке.
- Яна, - произносит глухо, - посиди со мной.
Смотрю на него и не могу отказать. Он выглядит настолько подавленным, что сердце кровью обливается. За него и еще немножечко за себя. Потому что никогда не стану для него такой, как Мила.
- Ты пьешь на голодный желудок?
- Похер…
- Я побуду с тобой, если ты поужинаешь, - не дожидаясь ответа, достаю из холодильника жаркое.
Майкл смотрит равнодушным взглядом, медленно вращая в пальцах стеклянный бокал.
- Хорошая ты, Янка… добрая… сердобольная…
- Угу…
Его комплименты не льстят, скорее наоборот. Добрая, сердобольная, как баба Нюра из десятой квартиры. Лучше бы молчал.
Ставлю перед ним ужин и сажусь напротив.
- Чего вам, бабам, не хватает, а? – спрашивает тихо.
- Любви…
- Любви? – усмехается он, - я давал ей ее столько, что на женский батальон хватило бы.
- Возможно, ей не хватило ее любви к тебе…
Он невольно вздрагивает, а я по привычке втягиваю голову в шею.
- Прости, Майкл…
- А тебе чего с твоим мужем не хватало?
- У нас другая ситуация, не сравнивай себя с ним.
- Почему, другая? – сложив руки на столе, подается в мою сторону, - у вас ведь тоже один любил, а другой нет.
- У нас никто не любил…
- Вре-е-ешь… - скалится, дергая одной бровью, - твой мудак тебя любил, иначе не взял бы замуж беременной от другого.
Я откидываюсь на спинку стула и обхватываю себя руками.
