2
0
Не думая, открываю диалоговое окно и пишу ей.
Томас: Будь на следующем занятии. У меня есть важное домашнее задание.
Хейли: Почему ты до сих пор мне пишешь?
Томас: Потому что могу.
Хейли: Разве это профессионально писать студентам в «Фейсбук»?
Томас: Я не дам тебе сменить тему. Ты придешь вовремя на мой следующий урок.
Хейли: Или что?
Сжимаю кулаки и вздыхаю, прикусывая губу. Черт бы побрал эту девчонку. Она продолжает залезать мне под кожу и знает это. Вот почему она ведет себя так: чтобы позлить меня. Ну, у нее прекрасно получается.
Хейли: О, точно… ничего. Потому что больше нет ни «нет», ни «еще чего-нибудь». Жаль.
Томас: Прекрати.
Хейли: Нет, ты сам начал. Первый мне написал. Больше нечего делать? Ооо, подожди, это, наверное, потому что тебе скучно.
Томас: Продолжай толкать меня и получишь дополнительную домашнюю работу.
Хейли: До лампочки. Я не буду ее делать.
Томас: Будешь. Поверь мне.
У меня пальцы заболели от того, с какой скоростью я набирал текст. Боже, я бы многое отдал, лишь бы перегнуть ее через колено и отшлепать прямо сейчас.
Хейли: Правда? И кто меня заставит? Ты? Как? Словами?
Я даже слышу ее смех.
Томас: Только то, что я порвал с тобой, не означает, что мне плевать.
Хейли: На двух стульях одновременно не усидишь.
Томас: Посмотришь.
Моя злость достигает пика, когда я захлопываю ноутбук и бросаю его рядом с собой на диван.
Рыча вслух, иду на кухню и тянусь за бутылкой рома, делаю глоток, даже не наливая в стакан.
Нахрен стаканы.
Мне нужно что-то покрепче.
Мой кот внезапно запрыгивает на стол, пугая меня до усрачки.
— Ниндзя! Мать твою. Нафига делать такое каждый раз? — я ору на него, но, когда он начинает мурлыкать и ластиться мордой к моей руке, тут же прощаю.
Что-то в любви к коту заставляет меня игнорировать его поведение.
Поднимаю его и обнимаю, как настоящий взрослый мужик, потому что нахрен мужественность.
Проявление любви к моему коту не делает меня мужчиной меньше.
В доказательство у меня есть огромный член.
Я ухмыляюсь, опускаю Ниндзя и шарю в столовке в поисках его любимой игрушки — миниатюрного фалоса, который может кататься по полу.
— Иди, поиграй с фалосом! — указываю я, смеясь и бросая игрушку, и кот тут же прыгает за ней.
Внезапно раздается сигнал телефона.
Поднимаю его со стола рядом с дверью и проверяю сообщение.
Это фото, присланное на «Фейсбук» ни от кого другого, как от Хейли Уолтерс.
И это ее гребаная попка.
Голая.
На долбаном столе.
Со средним пальцем, прижатым к копчику.
Мне приходится поставить бутылку, пока я не швырнул ее через комнату.
Томас: Ты умом тронулась?
Хейли: Всего лишь хотела дать тебе попробовать то, по чему ты теперь будешь скучать.
Томас: Я ни по чему не стану скучать. Ты ведешь себя, как дитё.
Хейли: Так, может, тогда не стоило обращаться со мной, как с ребенком.
