Древняя штучка

Мы с Анри познакомились в прошлом году в Сочи, чисто случайно. Хотя… Если хорошенько подумать, то, может быть, и не случайно вовсе. Мы тогда собирались лететь в Сочи вместе с Аркадием, но за день до вылета ему кто-то позвонил, и он, толком даже ничего не объяснив, умчался куда-то в Сибирь. Я была на него сильно обижена и поэтому, когда на пляже ко мне подошел Анри и начал ухаживать, не стала противиться. Ухаживать за женщинами он умеет – цветы, комплименты… Зашла речь даже о том, чтобы нам с ним вместе уехать во Францию.

– А Аркадий Тимофеевич знал о вашем увлечении этим французом? – спросил Гуров с ноткой обыденной деловитости.

Кивнув, Чубаткина пояснила, что тот, скорее всего, об этом догадывался. Впрочем, по ее словам, последние два года их супружеские отношения как таковые превратились в простую формальность. В позапрошлом году зимой Дорынов ездил на Кольский полуостров, где местные жители нашли какие-то древние наскальные рисунки. Там он сильно простудился и после этого целый месяц отлежал в больнице. И если до этой болезни он как мужчина, несмотря на возраст, был «вполне ничего», то после болезни «съехал на ноль», и между сожителями установились отношения товарищески-соседские. Проживают они на одной жилплощади, Луиза в какой-то мере исполняет обязанности домохозяйки, готовит на кухне. Домработница у них в основном только моет полы, протирает пыль…

Выслушав ее, Гуров прошелся по комнате и, остановившись перед Луизой, произнес:

– Вернемся к Дебирэ. Насколько мне известно, в прошлом году ваши с ним отношения были разорваны?

– Да, мы расстались, – чуть нервно кивнула она. – Я застала его с какой-то пигалицей – они обнимались в пляжной раздевалке. Понятное дело, закатила ему скандал и послала его ко всем чертям. На следующий же день уехала домой и даже уже стала о нем забывать. Но недели две назад он мне вдруг снова позвонил. Попросил прощения, сказал, что все так же одинок, что помнит обо мне и мечтает, чтобы мы снова были вместе.

– А он знал о папирусе? – Лев вопросительно прищурился.

– Да, знал. Еще там, в Сочи. Как-то он сказал, что, когда мы с ним будем жить в Париже, он купит мне самое красивое колье. Ну, а я посетовала, что мой муж таких предложений не делает. Он скорее деньги потратит на какую-нибудь чушь. Ну, и рассказала в двух словах про то, как Аркадий за кусок папируса отдал азиатскому «гастеру» двести тысяч рублей. Ну и вот… Мы с ним встретились. Он целовал руки, восхищался мною, сказал, что уже не раз корил себя за прошлогоднее легкомыслие с той сопливой нимфеткой. Если бы не та глупость, мы бы уже давно были неразлучны.

– Ага! И тут он как-то «случайно» вспомнил про папирус… – чуть насмешливо подсказал Лев.