2
0"
"Александр бережно разъединил футляр, и все трое увидели в одной из его половин свернутое в трубку некое подобие тонкого картона серовато-желтоватого оттенка, сплошь исписанного весьма замысловатыми, черными, с синеватым оттенком, иероглифами.
– Есть! Есть! Есть! – потрясая кулаками, радостно провозгласил Крячко. – Ага-га! О-го-го! Завтра едем догуливать свои выходные, завтра на рыбалку!!! Саш, ты с нами?
– Если отпустит начальство… – вздохнув, тот неопределенно развел руками и, смеясь, добавил: – Стас, я полностью разделяю твой восторг, но, не обижайся, ты сейчас очень напомнил мультяшного кота Матроскина, у которого отелилась корова…
Лев тоже рассмеялся, затем, оглянувшись в сторону Шэпли, уже серьезно произнес:
– Похоже, он сумел прицепить к нашей машине сигнальный «маячок». Вот только вопрос – когда и где он мог это сделать и почему его не запеленговал мой телефон? Оч-чень интересно!
– Значит, изготовитель «маячка» – тот же, кто выпустил и твой телефон, – со значением в голосе рассудил Вольнов. – У многих производителей электроники есть такой негласный принцип: свой своего не «подставляет». Да и вообще, Лева, техника на месте не стоит, ее программное обеспечение обязательно надо периодически обновлять.
На даче профессора Дорынова давно уже не было так людно. В ознаменование возвращения бесценного исторического артефакта Аркадий Тимофеевич собрал не только тех, кто разделял его позицию в академической среде и отстаивал подлинность папируса, но и тех, кто, не жалея сил, не считаясь с личным временем, сделал все возможное и невозможное, чтобы раритет вновь вернулся в руки настоящих ученых. Хозяин дачи, сияя как именинник, собственноручно взялся накрывать стол. Ему помогали двое его учеников в ранге кандидатов исторических наук. Прочие гости (рангом до членкора и действительного академика), прогуливаясь по дорожкам сада, вели оживленные беседы, которые периодически перерастали в бурные дискуссии. Само собой разумеется, темы разговоров касались в основном папируса и содержания того, что на нем написано.
В этой «высоколобой» компании вполне естественным компонентом смотрелись и генерал Орлов, и сразу три полковника – Гуров, Вольнов и Крячко. Последний сразу же оказался в фокусе внимания аж трех ученых дам, которые даже немного поссорились из-за того, кто будет сидеть рядом с этим жизнерадостным и чрезвычайно обаятельным опером, да еще и, без преувеличения, настоящим полковником.
Впрочем, трио полковников, лишь прибыв на дачу, тут же отвоевало себе право готовить шашлыки («Что они понимают, эти академики, в тонкостях приготовления этого настоящего, истинно мужского деликатеса?!»).
