7
0
— А разве нужно? Это же игра. Как можно без интереса?
Кажется, его все это весьма забавляло. Я хотела было нахмуриться, но не смогла. Настроение было не просто хорошим, а почти замечательным. А еще была у меня одна мысль, что никак не давала покоя. Потому приосанившись, решительно потребовала:
— Я бы очень хотела увидеть твоего дракона.
— Хм, — глаза Малиаза блеснули так, словно он задумал какое-то невероятное коварство, — а я думал, что у меня ты уже видела все самое интересное.
— Но в облике ящера еще не успела, — не поддавшись на провокацию, возразила я. Да и на некоторые интересности отчаянно старалась не смотреть, когда представилась возможность. Только говорить об этом вслух не стоило.
— Это да. Ладно, идем, — Малиаз поднялся с кресла, протягивая мне руку.
— Прямо сейчас?
— А чего тянуть-то? — в глазах дракона плясали бесенята.
— Я не испугаюсь, не думай, — подрагивая от волнения, попыталась заверить дракона. Ничего странного или страшного в этом быть не должно было. — А ты, когда дракон, соображаешь так же как человек?
— Почти. Только инстинкты сильнее. Лучше чувствую магию или запахи, точнее определяю направление. Только мысли, они становятся короткими, более четкими. Никаких тебе человеческих виляний и лишнего словословия.
— Почему так?"
"— Слишком много информации разом попадает со всех сторон и во всех слоях, если хочешь. И происходит это каждое мгновение, потому сложно зацепиться за что-то одно, развивая мысль по спирали, как делают люди. Это воспринимается как ненужное действо.
— Ты хочешь сказать, что в облике дракона ты становишься глуп? — я не понимала.
— Нет. Просто у дракона сразу есть ответ, без долгих рассуждений. Дракон, он знает, что к чему, когда человек еще только предполагает, — мужчина вовсе не обиделся. Толкнув входную дверь, оставив меня стоять в относительном тепле холла, Малиаз быстро спустился на двор.
Обернувшись, мужчина мне подмигнул, а затем его тело словно размылось. Если бы не сырая зима, с пятнами снега на пожухлой прошлогодней траве, я бы решила, что его закрыло от меня летнее марево. Это было не облако и не какое-то пятно тьмы. Пространство вокруг мужчины выглядело так, словно кто-то большой кистью растянул краски, не давая им собраться в один образ. А затем эти размытые линии стали расти и шириться, менять цвет и собираться в совсем иные формы. Этот бесконечно длинный день заканчивался большим медным драконом на лужайке, чья голова оказалась размером с кресло!
Ящер, словно собака после купания, затряс головой, а затем широко зевнул, так что мне открылся восхитительный вид на все его зубы. Но страшно не было. Даже когда этот чешуйчатый великан уставился на меня и сделал шаг вперед. Он оказался длиннее, чем тот стол, за которым мы сегодня обедали.
