6
0
В комнате наступило долгое многозначительное молчание. Не знаю, о чём думал Томмасо, но я отчаянно лелеяла надежду на то, что он меня не выгонит. Жить в комнате с одним мужчиной намного лучше, чем с тремя, а то и больше. И я совсем не про моральность, а, скорее, про вопросы удобства.
— Чего застыл столбом? Давай уже перезаправляй кровать! — после молчания, которое, казалось, длилось целую вечность, сказал шеф.
Я тут же бросилась обратно к простыням и наволочкам.
— Так я могу остаться? — как я ни пыталась, мой голос дрожал.
— Вся стирка и уборка на тебе, заодно подтянешь свою физическую форму, а то ты такой дохляк, что смотреть на тебя без слёз невозможно, — начал Томмасо, а я не смогла сдержать огромной радостной улыбки на своём лице.
— Ты зря радуешься, — усмехнулся мужчина, — у остальных будет возможность отдохнуть от своего начальства и перемыть ему косточки, я же буду дрючить тебя круглосуточно! Ещё сам попросишь переехать!
— Если это сделает из меня достойного шефа, то я на всё согласен, — уверенно ответила я, хотя никакой уверенности в своих словах не чувствовала. Только отступать мне было совершенно некуда.
Лицо Томмасо на секунду изменилось и на нём промелькнуло удивление вперемежку с восхищением, но он быстро взял себя в руки.
— Ты больше работай и меньше говори, — коротко бросил он, — раз уж такое дело, то книги сложишь в тот угол, приберёшь кровати, заново застелешь, а я пока схожу к коменданту и утрясу все формальности, — он ещё раз строго посмотрел на меня, — чтобы к моему возвращению всё было сделано!
Альберт Томмасино, младший наследный принц Мазарии
Из своей комнаты я выходил в смешанных чувствах. С одной стороны, я был зол как демон на коменданта и на Мицио за то, что они решились на подобное за моей спиной.
А что если Морган послал кого-то?
От одной подобной мысли я застыл, превращаясь в ледяную глыбу. Нет! Это просто глупость и я накручиваю себя лишний раз. Зачем это брату? Ведь все думают, что я ночевал прошлую ночь в императорском дворце. Разве не так? Кроме того, моя семья стыдится моего увлечения и никогда не стала бы рисковать разглашением тайны моего обучения.
Я вышел на стену, которая опоясывала всю академию, с удовольствием вдохнул свежий жаркий морской воздух и с наслаждением посмотрел вдаль. Это место меня всегда успокаивало и помогало в принятии важных решений. Сегодня был именно такой день. Бескрайний простор моря давал свободу мысли, надежду на то, что все разрешится самым лучшим способом. Медленно, постепенно, словно омываемые солеными волнами, мысли очищались, а сердце успокаивалось.
