6
0Они действительно были слабым полом, совершенно не приспособленным для трудностей и препятствий. Мягкие, безвольные, безынициативные, женщины нуждались в заботе и опеке, в мужской руке. Нет, мне не хотелось бы обобщать, но то, что я сейчас видел перед собой, не оставляло возможности для других мыслей. Как же хорошо, что у нас в академию не берут девушек. Страшно даже представить, чтобы там могла устроить такая девушка, как Ева!
Наконец, Ева, пошатываясь, поплелась рядом со мной в сторону приграничного городка, а я тоскливо смотрел на солнце, которое уже поднялось высоко. Это могло значить только одно: вступительные экзамены уже начались, а я всё ещё болтался неизвестно где.
Вот только я не мог этого сделать. Я человек слова. Человек чести, а честь потерять можно только однажды.
— Он у тебя не холерный, случаем? — с опаской поинтересовался у меня стражник на границе Франии, а я тихо порадовался, что с юношества уделял достаточное время языкам других государств.
— Да вчера просто съел какую-то гадость в таверне в Бахрии, вот и скрутило желудок, — заметил я, кивнув в сторону Евы.
— Это да, готовить бахрийцы совсем не умеют! Заскочите в таверну к тётушке Морене, она обязательно даст что-то от болей в желудке, — я только утвердительно кивнул в ответ. Следовать совету я совершенно не собирался, но привлекать ещё больше внимания стражника спором не стоило.
Ева посмотрела на меня жалостливо, молча прося о передышке.
— Может, оставишь меня тут? — в голосе девушки слышалась мольба, но я был неумолим.
— Ты не говоришь на местном языке и это слишком близко к границе, в таком маленьком городишке у тебя не получится затеряться и уж тем более можно будет забыть о своей мечте о лавке с одеждой, — отрезал я. Если бы взглядом можно было убивать, то я был бы уже мертвецом, настолько злобный взгляд бросила на меня девушка.
Злость, однако, придала ей сил, поэтому городишко мы покидали достаточно резво, а не еле шевеля ногами. Хоть в чём-то были свои плюсы.
Солнце неумолимо ползло к зениту, и я решил, что мы достаточно далеко отошли, чтобы сделать переход незаметным.
Ева, заметив мои движения, попятилась.
— Нет, только не портал! Я буду кричать и звать на помощь!
Она просто не оставила мне выхода. Пришлось скрутить её и в буквальном смысле втащить в портал, Ева упиралась и кусалась, словно бешеная.
Я снова подумал о том, что не стоит делать добрых дел людям, они этого совершенно не ценят.
Выходили мы уже в предместье южной Франии, Ева потеряла сознание при переходе, что, очевидно, спасло её от очередного приступа рвоты.
