5
0
Он протянул руку к моему лицу и за подбородок притянул к себе, выдыхая мятное дыхание на мою кожу:
— А должна ли такая красивая девушка думать?
— Обязана.
— Тогда, я попрошу тебя об услуге.
— Все, что в моих силах, Ваше Величество.
— Я прошу у тебя поцелуй. Но только если ты сама этого захочешь, без оплаты и без приказов. Да или нет.
В моей голове уже давно сложилась картинка, в которой несчастный мужчина ищет честной ласки, от безысходности прибегая к услугам цветков из борделя, создавая таким образом суррогат. Убеждая себя в том, что он хоть кому-то нужен.
Может именно сейчас я хотела того же и лишь по этой причине мягко прижалась к его губам, прикрывая глаза. Честно, как могла бы поцеловать та Таша, которая не была продажной, та Таша, которою не тянул долг обязательств. Просто девушка, которая целовала приятного ей мужчину, но с легкой горечью расставания.
Он отвечал так же мягко, чуть сжимая губами кожу, втягивая воздух, будто его ему мало, и уже, когда стоило бы закончить, неожиданно мягко пробрался пальцами в мои волосы, тяжело дыша и прижимаясь лбом.
— Спасибо."
"— Я буду рада видеть вас вновь. — Казалось, обычная фраза, стандартная до оскомины, но я вложила в нее свою правду, и Император понял, слабо кивнув.
— Ты свободна. Наше время закончилось.
Я поднялась, успев коснуться на прощание его пальцев и ушла, плотно закрывая за собой дверь.
В моей спальне было тихо, а дом утех почему-то гудел как улей. Девушки, смеясь, бегали туда-сюда, прожигая меня при встрече таким многозначительным взглядом, что в пору было бы самой яду выпить. Но дулю им без масла. На сухую пускай давятся.
Упав на кровать, я услышала жалобный мявк, и кот, ошарашенный спросонок, выскочил из-под меня и сел рядом, тяжело дыша:
— Чуть не прибила!
— А и прибила бы — не жалко. Толку с тебя, как с кота молока, — зло ответила я и демонстративно отвернулась, поворачиваясь к зверюге спиной. — Аау!
Я вскочила, понимая, что он бессовестно укусил меня за ягодицу и злобно скалился:
— Толку с меня?! Значит, толку с меня!?
— Ни-ка-ко-го, — по слогам проговорила я и вновь отвернулась, теперь же предусмотрительно прикрыв спину одеялом.
— Та-аш… — котейка, видимо, решив брать нежностью, перепрыгнул мое тело, оказываясь перед лицом и боднул ладошку. — Случилось что? Ты чего такая расстроенная? Нельзя тебе волноваться!
— Отвянь.
Я отвернулась на другой бок, но животину не проняло, и он вновь оказался передо мной, нагло укладываясь рядом, с намеком чтобы почесали брюшко.
— Расс-скажи. Ты мне расс-скажи, и полегчает.
Неожиданно для самой себя, я захныкала и вывалила на кота все, что так болело. Про отца, про сестру, как попала в бордель и почему согласилась на его помощь.
