5
0Я не люблю скованных и дрожащих от страха человеческих девочек.
— Он любит. — Я чувствую, как девушка за моим плечом кивнула на второго мужчину.
— Я раскрою ее совсем немножко, — ухмыльнулся сатир. — Подойди ко мне, малышка.
Я растерянно сделала шаг, другой к нему. Они давались мне с трудом, потому что я из последних сил передвигала ногами, чувствуя, как они подгибаются. И когда я оказалась возле мужчины, он обхватил меня за талию рукой и усадил к себе на колени.
— Любишь вино, крошка?
— Люблю, — онемевшими губами соврала я, хотя, особо никогда не пила алкоголь.
— Прекра-асно, — как-то немного хрипло и предвкушающе констатировал он, а потом поднес кубок к моей груди и наклонил его.
Я едва не вскрикнула, почувствовав, как вино разливается по моей коже. Холодными струйками… Под которыми кожа почему-то разогрелась, и начала пылать. Этот контраст казался мне странно приятным. Струйки стекали по обнаженной груди под тканью, по животу и собирались между ног. О боги!
— Да-а, крошечка… — Глаза сатира заметно потемнели, наблюдая за этой картиной, и он одним движением заставил меня откинуться на его руку и прогнуться. А потом наклонился и длинным, горячим и влажным движением слизнул вино с ключиц.
Это казалось мне ужасно развратным. И в то же время ужасно эротичным. Лиловая полутьма и рубиновое вино, как кровь, очерчивающее изгибы тела. Темные глаза напротив, сильные руки и горячий язык. Я на секунду забыла, что клиентов, вообще-то, трое, и пожелала, чтобы этот язык попробовал то вино, которое утекло между моих бедер.
И эта мысль жаром отозвалась внизу живота.
Глава 9
— Как давно ты тут работаешь, кошечка? — спросил меня сатир, будто бы между делом, пока его язык изучал мою кожу, оставляя на ней горячие дорожки.
— Я… с сегодня… — слова внезапно начали даваться мне с трудом. Как странно. Ведь я должна их удовлетворять, а выходит пока наоборот.
— Смотри-ка, действительно неопытная, — хмыкнул он мне в ложбинку между грудями. — Сколько мужчин у тебя было?
— Один…
Он внезапно прекратил меня вылизывать и резко поднял голову, впившись в мое лицо взглядом.
— Один? Серьезно?
— Держите Маркуса! — услышала я веселый голос девушки. — Один мужчина! Он ее сейчас сожрет! Святые деревья, да она почти девственница!
— Оставьте ее мне, — хрипловатый голос того мужчины, которого, видимо, и звали Маркусом, выдал его нетерпение. — Вам все равно, а я хочу быть первым.
— Я прослежу, чтобы ты не сделал ей больно, — подал голос сатир, поглаживая меня ладонью. Они обсуждали все так просто, будто меня тут не было.
— Я предлагаю переместиться на постель, — снова услышала я голос девушки. — Она больше… и удобнее.
— Хорошая идея! — Сатир осторожно спустил меня с руки, и я оказалась на ногах, чуть покачнувшись.
