За время Вашей командировки, думаю, решим. Теперь о главном. Я тут обдумал ситуацию, предлагаю следующее. Вы в Гаагском банке нашей дочки выступите в качестве моего консультанта-эксперта по безопасности. На этот счёт такой удостоверяющий документ Вы получите. Особенно там им не размахивайтесь, об этом будет знать только начальник службы безопасности того банка. Зовут его Иост, его предупрежу. У них сейчас пошли непонятки, похоже кто-то из сотрудников стал сливать служебную информацию, помогите ему разобраться с этим вопросом. Временем сами будете распоряжаться сколько потратить на банк, а сколько на своё дело.
Советую чего-нибудь раскопать в этом банке, чтобы я свою задницу мог прикрыть, да и, извините, Вашу тоже. Свои соображения я изложил, они на этой флешке. Вот Вам ноутбук, дома посмотрите, обдумайте. Завтра обсудим. Полагаю, для Вашей работы это будет наилучшим прикрытием. Встретимся вот по этому адресу завтра в одиннадцать часов, там обсудим наши мысли. Эта квартира принадлежит банку, предназначена для конфиденциальных переговоров. За её чистотой следят хорошие специалисты.
Далее вот возьмите бланк, заполните его, сейчас принесу камеру сделать для документа Ваше фото. Документ вручу завтра при встрече."
"Вернувшись домой, Фёдор Иванович перекусил, прошёл в комнату, которая ранее служила ему кабинетом, а теперь «прочно» перешла к дочери. Она обычно возвращалась из института не ранее семи часов, а сегодня вообще могла задержаться, так как свои полдня ей придётся поездить с матерью, осматривая новые хоромы. Включив ноутбук, вставив флешку, принялся изучать подготовленные Максимом материалы, изучал дотошно, внимательно, даже уловил себя на мысли соскучился по работе-то, соскучился! Из них ему стало ясно какой-то агент, скорее всего из завербованных то ли конкурирующей фирмой, то ли спецслужбой Нидерландов, а может быть, ещё какой-то страны, работает сравнительно недавно.
С помощью технических средств снимает информацию для передачи своим хозяевам. Набросал план действий по Амстердамскому банку. Затем сходил на кухню, заварил крепкого чая, налил и принялся набрасывать план операции уже для генерала с решением не «светить» его в конторе, причём, тот мог только с его согласия вносить свои изменения и добавления.
Какую-либо помощь в деле он сразу же обозначил как «втёмную». Ему, конечно, было ясно всё недовольство его бывшего ученика. Но его голова, голова Фёдора Ивановича стоила того, да к тому же генералу и деваться некуда. А так хоть и «фиговый листок» план операции создан с соблюдением всех необходимых мер предосторожности. Он существует для хозяина. Чем больше он думал над ним, тем больше он этот план ему импонировал.
2
0
