Дочь прокурора

Думаю, она бы и сама не против была, а?

- Мы не будем развивать эту тему, - холодно отрезал Амир, а у самого внутри лава кипела и испепеляла органы, оставляя черную выжженную пустоту.

- Да ладно, не горячись. Сколько таких еще будет. Но с Игнатовыми надо что-то делать. Ты же так просто это им с рук не спустишь?

- Слушай, Виталь, я тебя у ресторана на перекрёстке высажу, не обессудь. Поговорим завтра. Мне надо самому это обмозговать.

- Понимаю. Обмозгуй, - не стал спорить старый знакомый.

Виталий знал, что Амир относится к тому типу людей, который отдаёт предпочтение не компании, а самому себе.

Любые решения он принимал сам. Поэтому даже не удивился такой его просьбе. Знал, что если ему понадобится помощь, он скажет. Правда, последние лет семь Шахин в ней не нуждался. Раньше – да. Деньги, знакомства. Этот паренёк когда-то много для Ковнева сделал. Столько, сколько его вышибалы не делали. Он и грязи не боялся и руки марать о отребье всякое. И даже жизнь ему спас в одной из перестрелок. Поэтому Виталий потом и помог ему на ноги встать. Со стороны наблюдал за тем, как он строил свой бизнес и гордился. Такого малого вырастил – целеустремлённого, смышленого, ответственного. Родни не было ни у того, ни у другого, поэтому прикипел он к нему. Теперь Шахин самодостаточный бизнесмен, и в помощи не нуждается, но не предложить Ковнев не мог. Старая дружба она крепкая, проверенная годами.

– Но если что нужно, ты знаешь где меня найти. Я в городе еще пару дней, понадобится, и с ним решим и с дочкой его.

Высадив друга у ресторана, Шахин отправился в бар. Поднялся в кабинет и тяжело опустился в кресло. Глаза наткнулись на небольшой белый листок для записей, с нарисованным на нём сердечком.

Это Лия в субботу нашла его в столе Амира, нарисовала сердце и приклеила его на угол монитора.

«Так ты будешь помнить о том, что я думаю о тебе» - сказала она перед тем, как они уехали.

Шахин потянулся и оторвал его. Скомкал в кулаке и стиснул с такой силой, что жесткие края вонзились кожу.

Неужели он так ошибся? Могла ли та встреча с ней быть не случайной? Первая, потом вторая… Вся эта её честность, открытость, слова на надрыве и признания в любви.

Резко встав, мужчина подошёл к бару, рывком достал бутылку и налил полный стакан виски.

В несколько глотков опустошил его и хлопнул стаканом по поверхности стола.

В памяти всплыли ясные фиалковые глаза, мягкая улыбка и его скрутило ещё сильнее. Ярость пожар разожгла в венах от одной мысли, что всё то, во что он поверил могло быть нереальным. Что его искусно обвели вокруг пальца, а он повёлся. В точности как тогда, много лет назад."

"Вот только внутренний голос твердил, что не могла она. Кто угодно, но не Лия. Если она знала к кому она идёт, значит и знала о том, чем он дышит.