2
0Мужчины засуетились и побежали по направлению к главным воротам.
Честно, было плевать, что за беда стряслась, ведь мне предоставлялся единственный шанс вернуться к Марку и доченьке.
Накинула куртку, как и запланировала, взобралась на подоконник, открыла створку. Окна в особняке Золотова винтажные сделанные из мореного дуба.
Я осторожно перелезла на сосновую ветку и захлопнула это окно, чтобы не вызывать подозрений. Порвала об шершавый ствол лосины на коленке, но все-таки спустилась.
Я не чувствовала ни страха, ни боли. Мое тело охватывала бешеная порция адреналина.
Тихой сапой перебежала отрезок двора. По водосточной трубе вскарабкалась на крышу бани. Оглянусь, но охранники по-прежнему отсутствовали, зато слышались грубые мужские голоса с парадной территории дома.
Мне оставалось совсем чуть-чуть до желанной свободы. Я подкралась на самый край крыши, собиралась перепрыгнуть, но поскользнулась, упала и съехала на заднице вниз. Почти.
Моя куртка зацепилась за козырек на крыше. Я не смогла упасть в снег и повисла. Болоньевая ткань курточки натянулась так, что невозможно было взяться за молнию, расстегнуть и попытаться снять вещь. Я хотела выбраться, но куртка, словно удавка, затягивалась на моей шее при малейшем движении.
Впрочем, я и сейчас как болванчик колышусь. Однако кричать не собираюсь. Надеюсь, что кто-нибудь из соседей пройдет мимо и сможет мне помочь.
А на улице уже кромешная ночь. По ту сторону забора Олега редко проезжают машины. Нет людских голосов. Только собачка лает где-то вдали. Ну и наемники Золотова вопят."
"Неожиданно раздается скрип двери с черного входа особняка. Или я до умопомрачения замерзла или… действительно слышу голос Марка Лютольфа!
На всякий случай замираю и, навострившись, перепроверяю звук. Есть еще чьи-то речи, незнакомые. Лютольф не ругается и вроде не схвачен наемниками Золотова.
— Марк… — сначала я робко отзываюсь. Шаги по снегу прекращаются. — Марк Яковлевич, я туточки! — визжу громче.
Двор наполняется спешным топотом и вскоре мне удается рассмотреть ужасного монстра в черной балаклаве. Через мгновенье его отталкивает сильная рука и вместо незнакомца появляется о…господи!
— Марк… — с облегчением выдавливаю из себя.
— Нашлась! — сквозь темноту адвокат рвется ко мне и снимает с долбаной крыши.
Обмякаю в руках Лютольфа. Я провисела около часа, затекла и плохо ощущаю ноги.
— Где Олег? — несмело задаю резонный вопрос.
— Жив, если тебе это важно, — грубо отвечает. Имеет право. — За ним приглядит мой брат… а нам нужно скорее вернуться домой.
Марк подхватывает меня на руки, ведь я уже ни на что не способная.
— Что за срочность? — тревожно задаю новый вопрос. — Твое лицо…
У Лютольфа рассечена бровь. Возле носа и на щеке есть запекшие дорожки крови.
