2
0"
"Я разделывался с очередным иском застройщика Минькова, когда мне на телефон поступил звонок из клиники в Англии. Лучший генетик Том Хаддорсон лично проводил для меня исследование. По блату.
— Сэр Лютольф, по сводкам из лаборатории стало известно, что Стефания Романова имеет близкое родство с вами. Результаты и документация уже отправлены на вашу электронную почту.
Его слова заставили меня очень быстро долбить по клавиатуре компьютера и в скором темпе отправить застройщика Минькова восвояси, сократив консультацию на тридцать минут.
Я знаю английский в совершенстве и с легкостью прочитал сообщения из Лондона. После этого тупо осел в кресте и еще какое-то время подводил свои жизненные итоги, пытаясь переварить информацию.
Хотя я никогда не считал детей каким-то отягощающим фактором в отношениях с женщинами. Обузой. Такой позицией держатся только слабаки.
Но все равно чувства отличались. После звонка Тома я действительно обрел семью, о которой даже не задумывался прежде. В моих планах было подохнуть холостяком, а стакан воды в старости мне бы принесла молоденькая служанка.
Когда первостепенный шок развеялся, я улыбался как кретин, глядя на отражение в потухшем мониторе компьютера. Странно, но видел я не себя, а Стефанию.
Улыбка сменилась необъяснимым восторгом, и нужные гормоны ударили по мозгам ощущением праздника. На радостях я подорвался из кабинета с чистым желанием вернуться домой раньше. Заехал в цветочный бутик по дороге и скупил у них все белые розы в наличии. Почему-то именно эти цветы ассоциируются у меня с Романовой и, конечно же, Стешей. Но!
О роскошном букете пришлось забыть, когда возле нашей высотки я встретил красную машину Золотова. Да, я оставил розы в арендованной тачке, не потому, что передумал. Реально забыл. Теперь, наверное, их уже убило морозом.
И когда я переступил порог своего дома, то представить не мог, что буду испытывать, смотря на Зинаиду. Держащую на руках мою дочь. Во мне взыграла дикая агрессия. Животная. Больших трудов стоило ее контролировать.
Чувства, будто твоя дочь находится в лапах, а не в заботливых объятиях родственницы. Должно быть, я впервые познал настоящий инстинкт, отвечающий за сохранность потомства. Повторюсь, для Анастасии Зинаида Федоровна мать, для меня истинная приверженка Золотова.
Однако не в каменном веке живем и, мне придется искать компромисс с Настей. Беседовать с ее матерью. Но не сегодня. Я еще ни готов и не придумал стратегии.
Анастасия Евгеньевна осторожно берет за локоть родственницу, чтобы увести ее в кухню, но женщина вырывается, резко подскакивает ко мне и цепляется костлявой рукой в рубашку.
— Сынок, эта девочка, — кивает на Стефанию, — нагулянная.
